Ох, нелёгкая это работа...

[cleofide]

Наконец-то закончила читать очень толстую (989 страниц!) книгу:

Ирина Лукьянова. Корней Чуковский. М.: Молодая Гвардия, 2006

                                           

Прочитать это, конечно, стоит. Но желающему погрузиться в подробности жизни героя предстоит нелёгкая работа. Во-первых, не могу сказать, что написана книга так уж хорошо: стиль очень неровный, местами небрежно-журналистский (наши сиюминутные реалии вряд ли будут понятны читателям уже лет через 10), иногда неприятно-бабский.
Во-вторых, автора явно не стесняли в объёме, а к самоограничению И.Лукьянова, вероятно, не склонна (тут я не осуждаю ее, поскольку в душе хорошо понимаю - сама писать горазда, да только кто ж такое издаст?).. В-третьих, сама жизнь легендарного "дедушки Корнея" оказалась таким адовым хождением по мукам, что даже не расстоянии погружаться во все эти травли, проработки и измывательства - мучительно. В любой другой нормальной стране такой человек был бы "звездой" (как теперь любят говорить) или "национальным достоянием" (как принято в Японии). А тут... относительное внешнее благополучие последних лет его долгой жизни отнюдь не искупало всех мытарств, претерпленных в молодости и зрелости - претерпленных не по собственной вине и даже не в силу непреодолимых обстоятельств (революции, войны и т.д.), а в силу жестокой тупости СИСТЕМЫ, от которой деваться было некуда - разве что бежать прочь из этой страны... 

Пересказывать книгу нет смысла.
Приведу лишь экстравагантную картинку - обложку Сергея Чехонина к "Тараканищу" (ракурс фантастический!). 

                                      

Или вот ещё байку со с. 809 (якобы, рассказано когда-то кому-то Валентином Берестовым):

"...Где-то в начале пятидесятых к Чуковскому никто не пришел на день рождения. [...] Никто не прислал поздравлений. И Чуковский, гласит предание, вышел на балкон переделкинской дачи и  - глядя в сторону Кремля - произнес слова проклятия: погодите, мол, будет вам еще и пятьдесят третий год, и шестьдесят четвертый, и восемьдесят второй, и две тыщи одиннадцатый!"...

Ждать осталось не так уж долго. Доживём?..

     

Comments

[lepestriny.livejournal.com]

Ленинская премия - преследования? Ну были там проработки, то-се, но вроде ничего серьезного?

[cleofide.livejournal.com]

Ленинская премия - это совсем уже под занавес (1962), когда человек давно был перемолот. Конечно, если под "серьезным" иметь в виду лагеря и казни, то К.И. крупно повезло. Но одно дело проработка, когда "брань на вороту не виснет", а другое - когда в результате уже готовые книги идут под нож, другие годами не печатаются, а третьи кромсаются вопреки здравому смыслу. Это тяжело для всякого человека, а уж для творческого особенно.

[lepestriny.livejournal.com]

На фоне миллионов истребленных и просидевших полжизни, страдания в теплой квартире не впечатляют совсем.

[perlovka-blog.livejournal.com]

О, это критерий....................

[lepestriny.livejournal.com]

Что-то не так?
Я один раз был свидетелем беседы, в которой третья или четвертая жена одного очень известного писателя (ныне покойного), жаловалась человеку, отсидевшему за полудетский каламбур почти 30 лет на Колыме, что они с дочкой "тоже очень пострадали от зависти, интриг и кровавой гбни "(!) Отобрали приличную дачу в Переделкино и дали черти-что в Кратово. Представляете себе "критерий"?

[cleofide.livejournal.com]

Я отвечу цитатой из всё той же книги (с. 861-62):

"Самое страшное для писателя, попавшего под сапог - это почти неминуемая утрата способности писать - способности хрупкой, редкой, трудно восстановимой, утрата дара, исчезновение власти над словом, потеря себя... Самая страшная писательская катастрофа не в том состоит, что талантзагоняют в клетку, запрещают, не дают прорваться наружу, вынуждают изменить себе. А в том, что огонь угасает. Живая душа превращается в бесплодное пепелище, не способное ничего родить. Музыка исчезает. И писатель молчит не потому, что нельзя говорить, не дают - а потому, что говорить не может. Можно сломать клетку, можно осыпать писателя розами, дать Ленинскую премию и всесоюзную пенсию, дачу, машину, путевку в Барвиху, палату в кремлевской больнице - но все это уже поздно, поздно, поздно".

[lepestriny.livejournal.com]

Я его книжки читал, дети мои читали. Везде продавалось в различных вариантах. Не бедствовал, не голодал, не бедовал по чужим углам. Что Вы в самом деле? Кого у нас только не поджимали?
Вероятно, и Михалкову есть на что попенять.

[cleofide.livejournal.com]

Михалковых не выношу. Ни в каких комбинациях и вариантах.
КИЧ хоть гимнов не писал - и не том спасибо.

[lepestriny.livejournal.com]

Меня от всего семейства тошнит. "Россия - слышишь этот зуд?..."
Точнее не скажешь.