...может собственных Платонов земля российская...

[cleofide]

Сегодня в конференцзале московской Консерватории состоялся видеопоказ новой оперы Владимира Тарнопольского - "По ту сторону тени" (по мотивам Платона). Разумеется, иначе как в таком полуподпольном варианте нам её не видать и не слыхать - произведение создавалось по немецкому заказу для бетховенского фестиваля в Бонне, где и состоялась премьера. Текст поэтому - на немецком языке (либретто написал сам композитор, причем признался,что работал над текстом, тщательно отбирая весьма лаконичные слова, едва ли не дольше, чем над музыкой). 
Он же дал некоторые предварительные пояснения. 

Замысел во многом диктовался архитектурным и акустическими особенностями Художественно-выставочного зала в Бонне, где состоялась премьера: плоская сцена, нисходящие к ней, как в кинотеатре, ряды кресел - и две длинных галереи по бокам, на которых композитор решил разместить оркестр. Отсюда возникла мысль о сюжете, в котором присутствовала бы идея отражения (эхо)  или тени. Для немецкой культуры концепт Тени - один из любимейших, и, немного пораздумав, Тарнопольский выбрал именно его.

Образная идея оперы восходит к знаменитому фрагменту "Государства" Платона, где говорится о том, что люди с рождения пребывают в глубокой пещере и принимают за реальность смутные отражения теней на её стенах - а к свету способны прорваться немногие, и если увиденное не ослепляет их, то их уничтожают соплеменники. Другая мысль была почерпнута из притчи Плиния Старшего о том, как некая древняя девушка "изобрела" живопись, обведя тень своего возлюбленного на стене. 
Поэтому в опере есть две группы анонимных персонажей: три поющих мужских голоса (рабы пещеры) и три женских (олицетворения искусств); есть ещё введенные режиссером старец (изображающий самого Платона) и пара танцоров - он и она, плоть и свет. Мужские персонажи босы, но притом одеты в черные пиджаки и брюки с полосатыми черно-белыми галстуками и белыми рубахами (только танцор сбрасывает пиджак и остается с обнаженным торсом); костюмы девушек - чисто белые; они сочетают в себе рубахи и брюки и некое подобие юбок (у каждого из трех Искусств юбки разные - колоколообразная, спиралевидная и дисковидная; на танцовщице - свободная и довольно длинная).

Идеей тройственности композитор "одержим" ещё со своей предыдущей оперы "Когда время выходит из берегов", по мотивам А.Чехова (1999; я знакомилась с ней таким же образом - при авторском показе на видео). Тарнопольский полагает, что время литературной или сюжетной оперы давно кончилось - кончилось, как водится, фарсом ("Нос" Шостаковича), и сейчас, если композитор пишет оперу с сюжетом, значит, он залезает в другой жанр. "Когда-то в опере был сюжет, потом он ушел в оперетту, потом - в мюзикл, а теперь - в сериалы". Нынешняя сфера оперы - не драма, а миф или мистерия (с чем я совершенно согласна с одной лишь поправкой: так оно и было изначально), в мистерии же неуместны индивидуальные персонажи. 

 Такое искусство рассчитано скорее на знатоков, чем на массовую аудиторию. Даже будучи глубоко потрясенным, невозможно идти по улице и напевать мелодию из оперы того же Тарнопольского, - или Ноно, или Штокхаузена (а таке произведения действительно могут потрясать; я до сих пор помню неистовое камлание Трех сестер в "чеховской" опере - Amor! Ars! Mors!). Впрочем, вряд ли кто будет напевать и мелодии из "Пеллеаса" Дебюсси - хотя этому созданию в красоте в привычном смысле не откажешь. Тут же мы обнаруживаем себя в мире совсем иных звучностей - безусловно музыкальных, но не имеющих отношения к прежним понятиям о мелодии, ритме, инструментовке. И нужен весьма опытный слух, чтобы соотнести эти звучности и звучания с идеями космоса и хаоса, дления и дискретности, гармонии и дисгармонии. Естественно, Тарнопольский, отнюдь не являющийся эгоцентристом-анахоретом, прекрасно знаком с творчеством столпов авангарда и поставангарда. Не то что бы я услышала непосредственное подражание кому-то, однако  человек, слышавший ноновского "Прометея" и части штокхаузеновского "Света" почувствуют тут что-то почти родное (впрочем, все композиторы 18 века писали тонику и доминанту - ну, и что? Не все были Моцартами).

Профессионалы, конечно, поймут, что к чему, и смогут оценить красоты и экспрессию этого произведения. Но ведь немецкая публика, сидевшая в зале, вряд ли состояла из одних музыкантов и тем более из одних композиторов и музыковедов (преобладавших в конференцзале Консерватории). Тем не менее опера имела успех и у бюргеров.
Возможно, этот успех был обусловлен также стильностью постановки. К сожалению, я чуть опоздала и не знаю имени режиссера. Но партии солистов были рассчитаны на кёльнский ансамбль Musik-Fabrik - компанию потрясающих музыкантов, равно убедительных и в вокале, и в телесной пластике. 

Это был тот самый современный театр - экономный до аскетизма, но щедрый на визуальные эффекты в нужных местах, абсолютно абстрактный и символический, но притом универсальный в своей обращенности к каждому - тот театр, которого у нас на музыкальной сцене нет и вряд ли в обозримом будущем появится, коль скоро даже весьма безобидые попытки Дмитрия Чернякова сдуть нафталин с "Евгения Онегина" и "Жизни за царя" воспринимаются как покушение на моральные основы общества и государства.

Нет, не перевелись ещё на Руси собственные Платоны и Невтоны - да только музыку им заказывают всё больше тевтоны...

С каким сожалением умница и, не побоюсь сказать, подвижник Володя Тарнопольский, заметил, что у него есть три оперы - одна на французском, одна на английском, одна на немецком: рад бы написать и на русском, да что ж её закажет?..
Газпром, что ли?..

 

Comments

[lemuel55.livejournal.com]

Да и из Носа-то запомнил я, например, всего одну фразу - на слова "Мойте чаще холодною водою". Но ударные ничего :)