Этюды в багровых тонах
Feb. 23rd, 2010 10:03 amВторая серия про мастерскую Геннадия Лавренюка - теперь уже не впечатления в целом, а отдельные моменты, связанные с нашими фотосессиями.
Что ж, приступим!
Легенды и мифы древней грации, или Как я была моделью"

Некоторые работы художника почти монохромны, однако их цвет - не плоский и не прямолинейный, а композиция может меняться при помощи различных "насадок" и различной конфигурации свечей, для которых предусмотрено множество мест.


Это придаёт картинам очевидную театральность, что неслучайно: Лавренюк много работал и работает как сценограф, так что тема театра в его творчестве - одна из сквозных.

Вот и со мною он устроил небольшой театр (благо, во второй вечер я ввалилась в мастерскую в ожидании поезда вместе с чемоданом, и мне было, во что переодеться ради создания художественного образа).
Днём, при солнечном освещении, картины, избранные затем для нашего перформанса, производили впечатление скорее праздничное, нежели мрачное.
Первую я уже показала, а вторая, извините, вышла у меня кривовато - ну, так не на выставку же.

Зато вечером, при неярком локальном электрическом свете и избирательном свечном, настроение оказалось совершенно иным.



Печальный вид объяснялся не только вхождением в образ, но и банальной усталостью - однако модель оставалась себе на уме и время от времени сама пыталась что-то нащёлкать...

Тем временем висевшая рядом зелёная картина была заменена на вторую багровую, к которой прилепили кусок папируса, а возле гипсовой руки появилась инсталляция из подлинной африканской маски и российской куколки.


А потом папирус был снят, и стало совсем мрачно...


Зелёная картина, висевшая ранее рядом, при свечах тоже стала выглядеть иначе.
Так было днём...

А так - вечером.
Словно остатки какой-то урбанистической Атлантиды.

На этом фоне я позировала уже не в чёрном свитере, а в ярком балахоне, и те же самые предметы смотрелись иначе, и диалог с ними выстраивался по-иному.

Смысл диалога зависел от направления взгляда, и хотя композиция почти одна и та же, на самом деле результаты не тождественны.



(Следующий снимок Геннадий забраковал, поскольку свеча оказалась прямо на голове у модели, но в ней что-то есть)...


Дама в пёстром не такая отрешённая, как дама в чёрном.
Особенно, когда фон меняется с багрово-красного на зелёно-жёлтый.
В руки мне был дан не апельсин, как может показаться издали, а фонарик, чтобы подсвечивать фон холодноватым светом.

Ну, вот примерно так...

Потом мы передвинули мой "постамент" в другое место, выбрав ярко-кобальтовый фон с жёлтыми полосами.



Ох, нелегко быть моделью, - поняла я на старости лет...

А из угла на меня насмешливо глядел очередной арлекин, которому было не привыкать к причудам своего создателя, ухлопавшего два вечера на существо, которое и моделью-то не назовёшь..

P.S. Фотографии Геннадия Лавренюка в моей обработке; прошу не воспроизводить без согласия нас обоих.
Что ж, приступим!
Легенды и мифы древней грации, или Как я была моделью"

Некоторые работы художника почти монохромны, однако их цвет - не плоский и не прямолинейный, а композиция может меняться при помощи различных "насадок" и различной конфигурации свечей, для которых предусмотрено множество мест.


Это придаёт картинам очевидную театральность, что неслучайно: Лавренюк много работал и работает как сценограф, так что тема театра в его творчестве - одна из сквозных.

Вот и со мною он устроил небольшой театр (благо, во второй вечер я ввалилась в мастерскую в ожидании поезда вместе с чемоданом, и мне было, во что переодеться ради создания художественного образа).
Днём, при солнечном освещении, картины, избранные затем для нашего перформанса, производили впечатление скорее праздничное, нежели мрачное.
Первую я уже показала, а вторая, извините, вышла у меня кривовато - ну, так не на выставку же.

Зато вечером, при неярком локальном электрическом свете и избирательном свечном, настроение оказалось совершенно иным.



Печальный вид объяснялся не только вхождением в образ, но и банальной усталостью - однако модель оставалась себе на уме и время от времени сама пыталась что-то нащёлкать...

Тем временем висевшая рядом зелёная картина была заменена на вторую багровую, к которой прилепили кусок папируса, а возле гипсовой руки появилась инсталляция из подлинной африканской маски и российской куколки.


А потом папирус был снят, и стало совсем мрачно...


Зелёная картина, висевшая ранее рядом, при свечах тоже стала выглядеть иначе.
Так было днём...

А так - вечером.
Словно остатки какой-то урбанистической Атлантиды.

На этом фоне я позировала уже не в чёрном свитере, а в ярком балахоне, и те же самые предметы смотрелись иначе, и диалог с ними выстраивался по-иному.

Смысл диалога зависел от направления взгляда, и хотя композиция почти одна и та же, на самом деле результаты не тождественны.



(Следующий снимок Геннадий забраковал, поскольку свеча оказалась прямо на голове у модели, но в ней что-то есть)...


Дама в пёстром не такая отрешённая, как дама в чёрном.
Особенно, когда фон меняется с багрово-красного на зелёно-жёлтый.
В руки мне был дан не апельсин, как может показаться издали, а фонарик, чтобы подсвечивать фон холодноватым светом.

Ну, вот примерно так...

Потом мы передвинули мой "постамент" в другое место, выбрав ярко-кобальтовый фон с жёлтыми полосами.



Ох, нелегко быть моделью, - поняла я на старости лет...

А из угла на меня насмешливо глядел очередной арлекин, которому было не привыкать к причудам своего создателя, ухлопавшего два вечера на существо, которое и моделью-то не назовёшь..

P.S. Фотографии Геннадия Лавренюка в моей обработке; прошу не воспроизводить без согласия нас обоих.
no subject
Date: 2010-02-23 05:30 pm (UTC)Но вообще скорее по Генделю, чья Клеофида мне нравится больше.