"Мессия" в соборе
Mar. 6th, 2017 09:55 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cleofideВчера в московском лютеранском соборе Св.Петра и Павла играли "Мессию".
Я раздумывала, идти или не идти, но меня пригласили мои студенты с ФИСИИ, участвовавшие в исполнении, так что сомнения отпали.
Дирижировал Хансйорг Альбрехт - музыкант с огромным авторитетом и невероятной энергетикой. Он не только собственно дирижировал, но и играл партию континуо на клавесине (иногда делал то и другое попеременно, а иногда одновременно).
Уже это делало очередной московский опыт интерпретации "Мессии" заведомо нерядовым.
Все исполнительские силы были наши, причем (внимание, консерватория!) преимущественно из РАМ им. Гнесиных.
Гнесинский барочный оркестр, созданный и руководимый известным органистом и пропагандистом старинной музыки Александром Фисейским, был дополнен некоторыми "варягами" в лице нашего ФИСИИ и совершенно незаменимой Аси Гречищевой с её теорбой (ни одно мало-мальски важное исполнение барочной музыки теперь не обходится без теорбы, а играть, похоже, больше некому). В умеренном количестве были задействованы духовые инструменты, дублировавшие партии струнных (гобои, фаготы, дветрубы - впрочем, трубе пришлось и солировать, как предписал Гендель в третьей части). Литавры тоже порой добавляли грома.
Пел Академический хор РАМ им. Гнесиных (рук. Дмитрий Онегин).
Солисты: Илона Ананьина (сопрано), Елена Дядянова (меццо-сопрано), Дмитрий Боос (тенор), Евгений Пенцак (бас).
--
Исполнить такую махину, как "Мессия" - уже подвиг.
Конечно же, не обошлось без сокращений. Оратории Генделя не укладываются в привычный нам формат концерта в двух отделениях. Либо надо делать два антракта, что сильно затянет концерт, либо резать произведение по-живому. Альбрехт исполнил первую часть целиком, без купюр, сделав перерыв после неё. Сокращения были во второй части и особенно много - в третьей (так, после арии баса The trumpet shall sound сразу шёл финальный хор). Ну, пусть так. Что касается композиции второй половины второй части, то Гендель сам в ней многое переставлял,добавлял, сокращал, и потому определённая свобода здесь изначально предполагалась. За третью часть было обидно, однако в итоге музыкальное целое выстроилось по-своему, с ярким акцентом на триумфально-мажорных ариях и хорах.
Альбрехт предложил в "Мессии" очень энергичные темпы, не затягивая даже медленные номера (ария альта He was despised) и придавая драматическую страстность "пассионным" хорам второй части (совершенно вздыбленное и потрясённое "Surely" и декламационная, а не тягучая фуга "And with His stripes"). В сочетании с барочной фразировкой и риторической артикуляцией всё это сразу оживило монументальный, однако нередко исполняемый слишком академично шедевр.
Некоторые моменты прозвучали совсем нетривиально.
Например, чудесная ария сопрано в начале третьей части, которая так много значила для Генделя (он и на памятнике в Вестминстере изображён с нею в руках).
Обычно мелодию ритурнеля и всё сопровождение играет вся группа скрипок, что нередко производит тяжеловатое впечатление. В версии Альрехта лиризм арии усилен тем, что в дуэте с сопрано выступает солирующая скрипка, а континуо играют теорба, виолончель и орган.
Я даже рискнула это кое-как записать, хотя сидела на самой галёрке, где видно было плохо (зато слышно очень хорошо - думаю, лучше, чем в партере).
Не всё, конечно, вышло гладко. Были случаи, когда становилось страшно за оркестр (в одном месте совсем разъехались), ну и, конечно, за некоторых певцов. У Генделя всегда было солистов больше, чем четверо. А теперь четверым приходится отдуваться за всех. Пожалуй, стабильнее всех оказался бас Евгений Пенцак. Меццо Елена Дядянова храбро справилась с вариантом арии But who may abide, написанным Генделем для кастрата-виртуоза Гаэтано Гуаданьи, после чего ария, создававшаяся для актрисы-контральто Сузанны Сиббер (O thou that tellest) уже не представляла для певицы особых трудностей.
По окончании концерта хор под руководством Альбрехта спел "Многая лета" Александру Фисейскому.
Я раздумывала, идти или не идти, но меня пригласили мои студенты с ФИСИИ, участвовавшие в исполнении, так что сомнения отпали.
Дирижировал Хансйорг Альбрехт - музыкант с огромным авторитетом и невероятной энергетикой. Он не только собственно дирижировал, но и играл партию континуо на клавесине (иногда делал то и другое попеременно, а иногда одновременно).
Уже это делало очередной московский опыт интерпретации "Мессии" заведомо нерядовым.
Все исполнительские силы были наши, причем (внимание, консерватория!) преимущественно из РАМ им. Гнесиных.
Гнесинский барочный оркестр, созданный и руководимый известным органистом и пропагандистом старинной музыки Александром Фисейским, был дополнен некоторыми "варягами" в лице нашего ФИСИИ и совершенно незаменимой Аси Гречищевой с её теорбой (ни одно мало-мальски важное исполнение барочной музыки теперь не обходится без теорбы, а играть, похоже, больше некому). В умеренном количестве были задействованы духовые инструменты, дублировавшие партии струнных (гобои, фаготы, дветрубы - впрочем, трубе пришлось и солировать, как предписал Гендель в третьей части). Литавры тоже порой добавляли грома.
Пел Академический хор РАМ им. Гнесиных (рук. Дмитрий Онегин).
Солисты: Илона Ананьина (сопрано), Елена Дядянова (меццо-сопрано), Дмитрий Боос (тенор), Евгений Пенцак (бас).
--
Исполнить такую махину, как "Мессия" - уже подвиг.
Конечно же, не обошлось без сокращений. Оратории Генделя не укладываются в привычный нам формат концерта в двух отделениях. Либо надо делать два антракта, что сильно затянет концерт, либо резать произведение по-живому. Альбрехт исполнил первую часть целиком, без купюр, сделав перерыв после неё. Сокращения были во второй части и особенно много - в третьей (так, после арии баса The trumpet shall sound сразу шёл финальный хор). Ну, пусть так. Что касается композиции второй половины второй части, то Гендель сам в ней многое переставлял,добавлял, сокращал, и потому определённая свобода здесь изначально предполагалась. За третью часть было обидно, однако в итоге музыкальное целое выстроилось по-своему, с ярким акцентом на триумфально-мажорных ариях и хорах.
Альбрехт предложил в "Мессии" очень энергичные темпы, не затягивая даже медленные номера (ария альта He was despised) и придавая драматическую страстность "пассионным" хорам второй части (совершенно вздыбленное и потрясённое "Surely" и декламационная, а не тягучая фуга "And with His stripes"). В сочетании с барочной фразировкой и риторической артикуляцией всё это сразу оживило монументальный, однако нередко исполняемый слишком академично шедевр.
Некоторые моменты прозвучали совсем нетривиально.
Например, чудесная ария сопрано в начале третьей части, которая так много значила для Генделя (он и на памятнике в Вестминстере изображён с нею в руках).
Обычно мелодию ритурнеля и всё сопровождение играет вся группа скрипок, что нередко производит тяжеловатое впечатление. В версии Альрехта лиризм арии усилен тем, что в дуэте с сопрано выступает солирующая скрипка, а континуо играют теорба, виолончель и орган.
Я даже рискнула это кое-как записать, хотя сидела на самой галёрке, где видно было плохо (зато слышно очень хорошо - думаю, лучше, чем в партере).
Не всё, конечно, вышло гладко. Были случаи, когда становилось страшно за оркестр (в одном месте совсем разъехались), ну и, конечно, за некоторых певцов. У Генделя всегда было солистов больше, чем четверо. А теперь четверым приходится отдуваться за всех. Пожалуй, стабильнее всех оказался бас Евгений Пенцак. Меццо Елена Дядянова храбро справилась с вариантом арии But who may abide, написанным Генделем для кастрата-виртуоза Гаэтано Гуаданьи, после чего ария, создававшаяся для актрисы-контральто Сузанны Сиббер (O thou that tellest) уже не представляла для певицы особых трудностей.
По окончании концерта хор под руководством Альбрехта спел "Многая лета" Александру Фисейскому.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
"Мессия" в соборе
Date: 2017-03-06 08:01 pm (UTC)