Бертрамка в картинках
Sep. 23rd, 2016 09:12 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cleofideСтихи про Бертрамку уже были, теперь, наконец, проза с картинками.
Почему-то рассказы о Праге захотелось начать не с самого исхоженного туристами места.
Но для музыкантов Прага - город, в котором бывали Моцарт и Бетховен, жили Сметана и Дворжак, а также много других замечательных людей.
Музеи есть не у всех, да и в центральном Музее музыки больше внимания уделено инструментам, чем людям.
Так что Моцарту в каком-то смысле повезло: в Бертрамке всё посвящено ему...
Так что не наведаться туда я просто не могла, хотя уже знала от друзей, что музей не в лучшем состоянии.
Ворота бывшей виллы Йозефы (Жозефины) Душек, певицы и жены композитора Франтишека Ксавера Душека а также, как гласила молва, возлюбленной графа Кристиана Филиппа Клам-Галласа.
Изображение 1796 года - стало быть, такой её знал Бетховен.
Йозефа приобрела это имение в 1784 году в рассрочку и начала обустраивать по своему вкусу.
Вид ворот с внутренней стороны.
Поначалу я была на вилле единственной посетительницей, чуть позже по моим стопам последовали ещё одна дама (не знаю, откуда) и пара из Швеции.
К 1830 году Бертрамка выглядела примерно так.
Каштаны перед фасадом были ещё молодыми. Сейчас они выглядят патриархами, и кажется, будто их мог видеть сам Моцарт...
Водокачка и что-то вроде погреба.Уже на подступах к собственно музейному зданию видно, что здесь царит уныние и запустение.
Остатки... хочется сказать, останки старой коляски.
Вид на лестницу, ведущую в музей.
Лестница и арка под ней не выглядят парадными...
Насколько я поняла, внизу живёт смотрительница с семьёй. Из штата я видела лишь трёх женщин: пожилую (собственно, она продавала билеты и буклеты), молодую (видимо, её дочь) и совсем крохотную - девчушку в коляске.
Издали чуть-чуть получше, если сильно не вглядываться.
В чём же дело, вроде бы пражане так любили Моцарта?
Объяснение отчасти содержится в прикреплённом у входа довольно мятом листке с текстом на нескольких языках, включая русский.
И вот тоже деталь: неужели нельзя было дать перевести или отредактировать этот текст человеку, владеющему русским как родным? В Праге же русская речь звучит на каждом шагу.
Но не будем придираться. История музея не менее печальна, нежели его нынешний вид.
Действительно, подлинников в стенах виллы искать не стоит.
С другой стороны, в таких условиях, без охраны и надлежащих мер предосторожности я бы поостереглась хранить тут настоящие исторические инструменты, автографы, портреты. Сильно сомневаюсь, что им бы обеспечили надлежащий температурный режим, освещение, безопасность.
Повторяю: никакой охраны и одна пожилая смотрительница, то и дело отвлекающаяся на дочку с внучкой.
Тем не менее, посетить Бертрамку всё-таки стоит. Место атмосферное. Буклет музея - чуть ли не более содержательный, чем сам музей.
Да и выставки неплохие, для тех, кто в теме.
Выставка о "Мнимой садовнице", которую ставили в том числе и в Праге в 1796 году.
Уникальные рукописные партии из Страховской партитуры оперы.
(В Страхов монастырь я добраться не успела, он чуть в стороне - там Моцарт играл на органе).
Заодно показаны материалы, относящиеся к другим операм Моцарта.
Стенд про "Волшебную флейту", которая шла в Праге на трех языках - немецком, итальянском и чешском.
Бал в честь коронации чешской короной императора Леопольда Второго. К этим торжествам Моцарт, спешно примчавшись в Прагу, написал "Милосердие Тита".
Фреска Ангелики Кауфман "Суд Париса" - то, что предыдущие владельцы виллы увезти из музея не смогли...
Всё довольно скромненько...
Вторая выставка посвящена персонажам, с Моцартом практически не связанным, зато связанным с другим моим героем, Генделем: это Иоганн Адольф Хассе и его супруга Фаустина Бордони-Хассе. Естественно, они отметились и в Праге, хотя основной ареной деятельности блистательной четы с 1731 года стал Дрезден. Впрочем, Дрезден - почти рядом, сейчас это чуть больше часа езды на автобусе.
Инструмент - копия с оригинала 18 века. Но и копию просят не трогать. А нотки на пюпитре стоят почти случайные, в виде пары страниц ксерокса.
Письмо Хассе к Метастазио - тоже, разумеется, факсимиле. Но любопытно почитать и поглядеть на почерк.
Портрет же якобы Фаустины меня сильно озадачил.
Друзья мои, но это никакая не Фаустина! И причёска, и платье - 1830-х годов, а не из 1730-х! И тема жемчуга не раскрыта!
Фаустина - это, например, вот...
Два портрета работы Розальбы Каррьера, около 1726 и попозже.
Или вот - уже очень маститая Фаустина, но с тоже с жемчугами в ушах. Лицо очень узнаваемое.
Ну, да боги с нею, мы же к Моцарту приехали, а не к Фаустине.
Почему-то портрета Йозефы Душек нигде крупным планом нет. Только на фотографиях старой экспозиции. Клавира графа Ностица тут давно нет.
Самое заветное помещение - комната, где, по преданию, размещался Моцарт с женой.
Мебель, понятное дело, совсем не аутентична. Или не совсем аутентична.
Разве что сундук... Он весьма почтенного возраста.
Зато росписи на потолке - безусловно подлинные. Этими финтифлюшками Моцарт точно любовался. Видимо, в 1780-х годах они были поярче.
Окна выходят в сад.
Селфи, пока никто не видит...
Интересно, что именно видно из окна?
При Моцарте этих деревьев в таком виде точно не было. Но природа, конечно, имелась.
Что ж, в доме смотреть больше нечего.
Идём в парк... или в сад... Как ни назови, суть не изменится.
Когда-то, наверное, тут действительно был партерный парк. Сейчас же всё заросло до такой степени, что я сперва вообще не нашла тропинку к бюсту Моцарта и, следуя привычкам дикой хозяйки, пошла по густой некошеной траве, огребая репьи на подол и росистую влагу на босоножки...
Вид от бюста на Бертрамку. Судя по фото из буклета, здесь весной устраивают концерты на открытом воздухе. Музыканты располагаются на площадочке у стен виллы, а слушатели - на травянистом склоне. Но, похоже, с той поры люди с косами сюда не заглядывали. Наняли бы хоть меня, а? Я с косой управляться умею, хотя мне обычно лениво, и на дачке у меня тоже крапива и бурьян. Но тут же не дикая дачка близ деревни Гадюкино, а как бы мемориальный музей...
Моцарт, изваянный для бюста Томашем Зейданом в 1887 году, конечно, мало похож на себя подлинного, и всё равно выглядит неакадемично благодаря непричёсанному антуражу вокруг.
Некошеный луг - настоящий Pratum integrum - у подножия бюста... Помимо травки, тут много листьев земляники. Ягод в июле, естественно, уже не было.
Природная рамка скорее подошла бы Бетховену, который - я так думаю - тоже, возможно, тут бывал, поскольку был знаком с Йозефой Душек. Неужели она не зазвала его в гости? Но про это здесь говорить отчего-то не очень принято...
Культ Моцарта - вещь тонкая.
Если подняться по травянистому лугу вверх (тропинка там всё-таки есть, если очень присмотреться), то выйдешь к циклопическому сооружению.
За этим столом Моцарт, якобы, дописывал "Дон Жуана".
Размеры стола заставляют подумать о Командоре.
Но только... Премьера была 29 октября 1787 года. Партии Моцарт доделывал накануне, увертюру, если верить Констанце, прямо в ночь перед премьерой.
Октябрь месяц - допустим, погода была хорошей, но всё-таки это далеко не июль. А даже в июле стол - ужас какой холодный.
Сидеть за ним невозможно в принципе, если ты не великан. Стоять - да, но тогда придётся облокотиться и мёрзнуть...
Ну, разве что его чем-то накрывали, чтоб не простудить маэстро.
Лужайка, на которой стоит стол, упирается в хвойные заросли и ограду участка. Что за деревья, не скажу: похоже на ёлку, но не ёлка. Кедр?
А под деревьями - скамья, также достойная седалища Командора.
Без подушечки я даже в июльский полдень сесть туда не рискнула. А присела на кучу спиленных деревьев, между которых одно было с глазами.
Тут же обнаружилась и поганочка...
Вечно меня тянет в какие-то бетховенские дебри...
Другое фото я себе сотворила чуть ниже, обходя луг справа, мимо большого клёна...
Не всё же себя, любимую, щёлкать, Моцарта тоже нужно...
И оттуда я углядела водоём, мимо которого проскочила, ища тропинку вверх.
Когда-то, несомненно, тут был фонтан, а в полукруглом бассейне могли водиться золотые рыбки и водяные лилии.
Что ж, - подумала я философски, - ряска и лягушки - это тоже очень мило, и вполне в нынешнем стиле Бертрамки.
Дай-ка подойду поближе, сфотографирую.
Но... запах от фонтана исходил совсем не тот, что могла бы источать обычная тина и застоявшаяся вода.
Тут пахло мертвечиной. И я скоро поняла, почему.
Щадя чувства френдов, я тут уменьшила снимок дохлой птицы (по-моему, дрозда).
Более того, с ужасом обнаружила, что этих птиц там плавает несколько. Некоторые были объедены насекомыми совсем налысо, другие ещё сохранили перья...
Зрелище было жутким, запах тоже.
Отчего случился массовый мор, боги ведают - я грешу на тис, который растёт рядом с фонтаном. Но могли быть и другие причины, уж не знаю какие.
Я знаю другое.
Ох, господа мои, чешские собратья по разуму...
Я всё понимаю. Музей разорён, денег нет, никто не помогает...
Но вот элементарно взять и убрать погибших птиц из фонтана - это совсем никак? Для этого нужны делегации из местного министерства культуры, особое финансирование или предписание экологической инспекции? Если, допустим, ко мне на дачку приедут гости, а у меня в канаве будут валяться трупы птиц и зверей - это норм? Да я сама возьму лопату и закопаю несчастную животинку. Тут не нужно ни больших усилий, ни даже затрат.
Если Моцартовское общество в Праге существует, почему оно просто не приведёт в порядок это место?
В запущенности Бертрамки есть своя поэзия, но что-то она совсем уже упадочническая.
Ещё несколько кадров на прощание.
Статуи под окнами комнаты Моцарта.
Брусчатка с почти осенними листьями (которые тоже никто не убирает, хотя взять метлу и подмести - дело пяти минут).
Окна комнаты Моцарта, снятые с другой стороны забора виллы.
Вдоль забора идёт дорожка вверх.
Ради любопытства я по ней поднялась. Наверху - домики и виллы обычных зажиточных пражан. Ничего особенного. И какое-то спортивное заведение.
Так что смотреть там было нечего, и я спустилась по той же дорожке вниз.
Такая получилась невесёлая, но поучительная и по-своему важная экскурсия в Бертрамку.
Почему-то рассказы о Праге захотелось начать не с самого исхоженного туристами места.
Но для музыкантов Прага - город, в котором бывали Моцарт и Бетховен, жили Сметана и Дворжак, а также много других замечательных людей.
Музеи есть не у всех, да и в центральном Музее музыки больше внимания уделено инструментам, чем людям.
Так что Моцарту в каком-то смысле повезло: в Бертрамке всё посвящено ему...
Так что не наведаться туда я просто не могла, хотя уже знала от друзей, что музей не в лучшем состоянии.
Ворота бывшей виллы Йозефы (Жозефины) Душек, певицы и жены композитора Франтишека Ксавера Душека а также, как гласила молва, возлюбленной графа Кристиана Филиппа Клам-Галласа.
Изображение 1796 года - стало быть, такой её знал Бетховен.
Йозефа приобрела это имение в 1784 году в рассрочку и начала обустраивать по своему вкусу.
Вид ворот с внутренней стороны.
Поначалу я была на вилле единственной посетительницей, чуть позже по моим стопам последовали ещё одна дама (не знаю, откуда) и пара из Швеции.
К 1830 году Бертрамка выглядела примерно так.
Каштаны перед фасадом были ещё молодыми. Сейчас они выглядят патриархами, и кажется, будто их мог видеть сам Моцарт...
Водокачка и что-то вроде погреба.Уже на подступах к собственно музейному зданию видно, что здесь царит уныние и запустение.
Остатки... хочется сказать, останки старой коляски.
Вид на лестницу, ведущую в музей.
Лестница и арка под ней не выглядят парадными...
Насколько я поняла, внизу живёт смотрительница с семьёй. Из штата я видела лишь трёх женщин: пожилую (собственно, она продавала билеты и буклеты), молодую (видимо, её дочь) и совсем крохотную - девчушку в коляске.
Издали чуть-чуть получше, если сильно не вглядываться.
В чём же дело, вроде бы пражане так любили Моцарта?
Объяснение отчасти содержится в прикреплённом у входа довольно мятом листке с текстом на нескольких языках, включая русский.
И вот тоже деталь: неужели нельзя было дать перевести или отредактировать этот текст человеку, владеющему русским как родным? В Праге же русская речь звучит на каждом шагу.
Но не будем придираться. История музея не менее печальна, нежели его нынешний вид.
Действительно, подлинников в стенах виллы искать не стоит.
С другой стороны, в таких условиях, без охраны и надлежащих мер предосторожности я бы поостереглась хранить тут настоящие исторические инструменты, автографы, портреты. Сильно сомневаюсь, что им бы обеспечили надлежащий температурный режим, освещение, безопасность.
Повторяю: никакой охраны и одна пожилая смотрительница, то и дело отвлекающаяся на дочку с внучкой.
Тем не менее, посетить Бертрамку всё-таки стоит. Место атмосферное. Буклет музея - чуть ли не более содержательный, чем сам музей.
Да и выставки неплохие, для тех, кто в теме.
Выставка о "Мнимой садовнице", которую ставили в том числе и в Праге в 1796 году.
Уникальные рукописные партии из Страховской партитуры оперы.
(В Страхов монастырь я добраться не успела, он чуть в стороне - там Моцарт играл на органе).
Заодно показаны материалы, относящиеся к другим операм Моцарта.
Стенд про "Волшебную флейту", которая шла в Праге на трех языках - немецком, итальянском и чешском.
Бал в честь коронации чешской короной императора Леопольда Второго. К этим торжествам Моцарт, спешно примчавшись в Прагу, написал "Милосердие Тита".
Фреска Ангелики Кауфман "Суд Париса" - то, что предыдущие владельцы виллы увезти из музея не смогли...
Всё довольно скромненько...
Вторая выставка посвящена персонажам, с Моцартом практически не связанным, зато связанным с другим моим героем, Генделем: это Иоганн Адольф Хассе и его супруга Фаустина Бордони-Хассе. Естественно, они отметились и в Праге, хотя основной ареной деятельности блистательной четы с 1731 года стал Дрезден. Впрочем, Дрезден - почти рядом, сейчас это чуть больше часа езды на автобусе.
Инструмент - копия с оригинала 18 века. Но и копию просят не трогать. А нотки на пюпитре стоят почти случайные, в виде пары страниц ксерокса.
Письмо Хассе к Метастазио - тоже, разумеется, факсимиле. Но любопытно почитать и поглядеть на почерк.
Портрет же якобы Фаустины меня сильно озадачил.
Друзья мои, но это никакая не Фаустина! И причёска, и платье - 1830-х годов, а не из 1730-х! И тема жемчуга не раскрыта!
Фаустина - это, например, вот...
Два портрета работы Розальбы Каррьера, около 1726 и попозже.
Или вот - уже очень маститая Фаустина, но с тоже с жемчугами в ушах. Лицо очень узнаваемое.
Ну, да боги с нею, мы же к Моцарту приехали, а не к Фаустине.
Почему-то портрета Йозефы Душек нигде крупным планом нет. Только на фотографиях старой экспозиции. Клавира графа Ностица тут давно нет.
Самое заветное помещение - комната, где, по преданию, размещался Моцарт с женой.
Мебель, понятное дело, совсем не аутентична. Или не совсем аутентична.
Разве что сундук... Он весьма почтенного возраста.
Зато росписи на потолке - безусловно подлинные. Этими финтифлюшками Моцарт точно любовался. Видимо, в 1780-х годах они были поярче.
Окна выходят в сад.
Селфи, пока никто не видит...
Интересно, что именно видно из окна?
При Моцарте этих деревьев в таком виде точно не было. Но природа, конечно, имелась.
Что ж, в доме смотреть больше нечего.
Идём в парк... или в сад... Как ни назови, суть не изменится.
Когда-то, наверное, тут действительно был партерный парк. Сейчас же всё заросло до такой степени, что я сперва вообще не нашла тропинку к бюсту Моцарта и, следуя привычкам дикой хозяйки, пошла по густой некошеной траве, огребая репьи на подол и росистую влагу на босоножки...
Вид от бюста на Бертрамку. Судя по фото из буклета, здесь весной устраивают концерты на открытом воздухе. Музыканты располагаются на площадочке у стен виллы, а слушатели - на травянистом склоне. Но, похоже, с той поры люди с косами сюда не заглядывали. Наняли бы хоть меня, а? Я с косой управляться умею, хотя мне обычно лениво, и на дачке у меня тоже крапива и бурьян. Но тут же не дикая дачка близ деревни Гадюкино, а как бы мемориальный музей...
Моцарт, изваянный для бюста Томашем Зейданом в 1887 году, конечно, мало похож на себя подлинного, и всё равно выглядит неакадемично благодаря непричёсанному антуражу вокруг.
Некошеный луг - настоящий Pratum integrum - у подножия бюста... Помимо травки, тут много листьев земляники. Ягод в июле, естественно, уже не было.
Природная рамка скорее подошла бы Бетховену, который - я так думаю - тоже, возможно, тут бывал, поскольку был знаком с Йозефой Душек. Неужели она не зазвала его в гости? Но про это здесь говорить отчего-то не очень принято...
Культ Моцарта - вещь тонкая.
Если подняться по травянистому лугу вверх (тропинка там всё-таки есть, если очень присмотреться), то выйдешь к циклопическому сооружению.
За этим столом Моцарт, якобы, дописывал "Дон Жуана".
Размеры стола заставляют подумать о Командоре.
Но только... Премьера была 29 октября 1787 года. Партии Моцарт доделывал накануне, увертюру, если верить Констанце, прямо в ночь перед премьерой.
Октябрь месяц - допустим, погода была хорошей, но всё-таки это далеко не июль. А даже в июле стол - ужас какой холодный.
Сидеть за ним невозможно в принципе, если ты не великан. Стоять - да, но тогда придётся облокотиться и мёрзнуть...
Ну, разве что его чем-то накрывали, чтоб не простудить маэстро.
Лужайка, на которой стоит стол, упирается в хвойные заросли и ограду участка. Что за деревья, не скажу: похоже на ёлку, но не ёлка. Кедр?
А под деревьями - скамья, также достойная седалища Командора.
Без подушечки я даже в июльский полдень сесть туда не рискнула. А присела на кучу спиленных деревьев, между которых одно было с глазами.
Тут же обнаружилась и поганочка...
Вечно меня тянет в какие-то бетховенские дебри...
Другое фото я себе сотворила чуть ниже, обходя луг справа, мимо большого клёна...
Не всё же себя, любимую, щёлкать, Моцарта тоже нужно...
И оттуда я углядела водоём, мимо которого проскочила, ища тропинку вверх.
Когда-то, несомненно, тут был фонтан, а в полукруглом бассейне могли водиться золотые рыбки и водяные лилии.
Что ж, - подумала я философски, - ряска и лягушки - это тоже очень мило, и вполне в нынешнем стиле Бертрамки.
Дай-ка подойду поближе, сфотографирую.
Но... запах от фонтана исходил совсем не тот, что могла бы источать обычная тина и застоявшаяся вода.
Тут пахло мертвечиной. И я скоро поняла, почему.
Щадя чувства френдов, я тут уменьшила снимок дохлой птицы (по-моему, дрозда).
Более того, с ужасом обнаружила, что этих птиц там плавает несколько. Некоторые были объедены насекомыми совсем налысо, другие ещё сохранили перья...
Зрелище было жутким, запах тоже.
Отчего случился массовый мор, боги ведают - я грешу на тис, который растёт рядом с фонтаном. Но могли быть и другие причины, уж не знаю какие.
Я знаю другое.
Ох, господа мои, чешские собратья по разуму...
Я всё понимаю. Музей разорён, денег нет, никто не помогает...
Но вот элементарно взять и убрать погибших птиц из фонтана - это совсем никак? Для этого нужны делегации из местного министерства культуры, особое финансирование или предписание экологической инспекции? Если, допустим, ко мне на дачку приедут гости, а у меня в канаве будут валяться трупы птиц и зверей - это норм? Да я сама возьму лопату и закопаю несчастную животинку. Тут не нужно ни больших усилий, ни даже затрат.
Если Моцартовское общество в Праге существует, почему оно просто не приведёт в порядок это место?
В запущенности Бертрамки есть своя поэзия, но что-то она совсем уже упадочническая.
Ещё несколько кадров на прощание.
Статуи под окнами комнаты Моцарта.
Брусчатка с почти осенними листьями (которые тоже никто не убирает, хотя взять метлу и подмести - дело пяти минут).
Окна комнаты Моцарта, снятые с другой стороны забора виллы.
Вдоль забора идёт дорожка вверх.
Ради любопытства я по ней поднялась. Наверху - домики и виллы обычных зажиточных пражан. Ничего особенного. И какое-то спортивное заведение.
Так что смотреть там было нечего, и я спустилась по той же дорожке вниз.
Такая получилась невесёлая, но поучительная и по-своему важная экскурсия в Бертрамку.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
no subject
Date: 2016-09-23 08:58 pm (UTC)