Искусство не для пещерных людей
Mar. 28th, 2015 10:20 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cleofideВчера побывала в МАМТ на третьем показе московской премьеры мультимедийной оперы Владимира Тарнопольского "По ту сторону тени" (25 и 26 марта были два первых спектакля).
(Владимир Тарнопольский, фото сделано мною в 2011 году в конференцзале Московской консерватории)
Опера была написана для постановки в Германии в 2006 году, поэтому текст (кроме партии чтеца) - на немецком.
О концепции композитор четко и внятно рассказал и в материале, размещенном на сайте театра, и в аннотации к программке.
На всякий случай, перенесу текст и сюда, а то программка потеряется, сайт обновится, и в нужный момент ничего не найдёшь.
--
Импульсом для моей работы над оперой стали два античных источника – "Притча о пещере" Платона и легенда Плиния старшего о происхождении живописи из тени.
Платон образно представляет мир, в котором мы живем, как пещеру, а всех людей – как узников, сидящих в этой пещере. Они видят лишь ее стену, на которую отблески света извне отбрасывают причудливые тени. Эти тени пленники пещеры и принимают за истинный мир. Узник, выбравшийся на свободу, ослепнет от солнечного света. Если же он вернется обратно в пещеру и попытается объяснить пленникам, ЧТО есть истинная жизнь, то соплеменники примут его за сумасшедшего и могут лишить жизни. Своей притчей Платон иллюстрирует мысль о пропасти между миром видимых нам явлений и миром истинных идей.
В другой античной легенде, описанной Плинием, тень выступает как прообраз живописи. Желая сохранить образ своего возлюбленного, отправляющегося на войну, девушка обводит углем контур его тени, тем самым создавая изображение. Так рождается живопись.
Обе эти притчи основываются на различных интерпретациях феномена тени. Для Платона тень – это знак мира идей (Эйдосов) в мире видимого. Для Плиния тень – это посредник между миром видимого и миром искусства. В своем сценарии я попытался столкнуть эти два подхода, дать их в развитии и взаимопересечении. В этом "трехуровневом мироздании" (мир идей – видимый мир – мир искусств) именно Искусства, вопреки Платону, могут освободить пленников платоновской пещеры, показав им путь к Свету. И в противоположность Плинию, тень, живопись, искусства – нечто гораздо большее, чем только лишь оптические или акустические феномены. Истинное познание и истинное искусство заключаются в выходе за пределы, определяемые тенью, которая является полем столкновения Света и Тьмы.
Композиция оперы основывается на параллельном развитии двух линий. Искусства представлены в опере женским трио, Пленники пещеры - мужским трио. Это как бы два "трехголовых" трехголосных персонажа, поющих только в ансамбле. Визуальным прообразом женского трио стала античная скульптура "Три Грации", а мужского трио – скульптурная группа Родена "Тени" (из композиции "Врата ада" по Данте). В инструментальных эпизодах Искусства и Узники представлены соответственно Танцовщицей и Танцовщиком. Именно этот персонаж, единственный, достигает Света. Два инструментальных ансамбля, расположенные на противоположных ярусах зала, непосредственно связаны со своими протагонистами, первый ансамбль – с Искусствами, второй – с Узниками.
В основе либретто лежат фрагменты текстов из "Божественной комедии" Данте, "Споре искусств о первенстве" Леонардо, "Гимна Солнцу" Эхнатона и другие классические источники.
--
Перед спектаклем с небольшим разъяснением этой концепции выступил композитор Фёдор Софронов, соратник Тарнопольского по внедрению современной музыки в сознание, а затем и в артистическую практику, московских (и вообще отечественных) музыкантов и их аудитории. Тарнопольский и Софронов возглавляют Центр современной музыки в Московской консерватории, преподают на композиторском факультете предметы, связанные с современной музыкальной культурой, устраивают замечательные концерты и конференции, приглашают на мастерклассы в консерваторию зарубежных мэтров. И всё это - при минимальном финансировании, а то и на голом энтузиазме.
Впрочем, такую вещь, как "По ту сторону тени" на совсем уж голом энтузиазме поставить и исполнить нельзя.
Мало того, что тема оперы - философская, сюжет очень умозрительный и символический, а музыка сложная, - так ведь проект действительно мультимедийный. Тут играют, поют, танцуют, декламируют, и одновременно происходит цифровая визуализация всех изменений смысла, всех образных концептов. Поэтому назвать композитора единственным автором оперы, наверное, нельзя. Это тот самый случай, когда перед нами - настоящее "совокупное произведение искусств", Gesamtkunstwerk, и вдобавок тот случай, когда слушать музыку отдельно от визуальной реализации - значит, многое потерять. Хотя музыка сама по себе, как всегда у Тарнопольского, замечательная.
Режиссер-постановщик и хореограф – Роберт Векслер
Художник интерактивной компьютерной графики – Фридер Вайс
Ансамбль "Студия новой музыки"
Музыкальный руководитель и дирижер – Игорь Дронов
При участии Центра современной музыки Московской консерватории
На финальном поклоне собрались почти все участники-солисты и постановщики (интересные мужчины в оранжевых штанах и в красных ботинках - это наши немецкие друзья). Слева стоят три дамы в черном - это три искусства (в спектакле они были в красивых белых костюмах, и лишь в последней сцене - так, как тут): Ольга Луцив-Терновская, Екатерина Кичигина и Светлана Сумачева. В центре - пара танцовщиков, девушка в белом (условно говоря, Свет) и молодой человек с обнаженным торсом (собственно, Человек). За Фридером Вайсом скромно прячется в тени заедующий кафедрой истории зарубежной музыки Михаил Сапонов (Философ). Замыкают ряд три певца - Узники Пещеры (Сергей Николаев, Дмитрий Кондратков и Михаил Головушкин).
Михаил Александрович в очередной раз поразил всех многообразием своих талантов. Нет, мы-то, консерваторские люди, давно знали, что он не только читает блестящие лекции и доклады на разных языках, играет наизусть Веберна, переводит стихами кантаты Баха и вообще способен на многое. Время от времени он выступает в роли чтеца при исполнениях "Оды Наполеону" Шёнберга, причем в совершенно официальных концертах.
Но партия Философа в опере Тарнопольского, хотя и сугубо разговорная, предполагает еще и сценическую игру, а не просто выразительное произнесение текста. В кульминационный момент, когда Философа буквально раздирают на части Узники Пещеры и Искусства, он падает замертво посередине сцены. Я даже ахнула. Ведь актеров специально учат правильно падать, и обычно этим всё-таки занимаются довольно молодые люди. Музыковеды, как правило, этого не умеют совсем - зачем нам?...
Оказалось, мой шеф умеет и такое.
Оркестр в опере разделен на два ансамбля, которые сидят так, что не видят ни друг друга, ни дирижера (дирижера им показывают мониторы).
Ансамбль, сопровождающий в основном Искусства и связанные с ними темы, располагался слева, а тот, что соотносился с тенями и пещерными людьми - справа, причем за сценической конструкцией, видимой на моих картинках (на эту конструкцию проецировались все компьютерные и световые эффекты). К сожалению, снять оба ансамбля не получилось; во время спектакля я ничего не фотографировала, а на поклон они выходили как-то вразбивку.
Часть "пещерного" ансамбля с чудо-юдо-контрабас-кларнетом.
Неуловимым для фотоглаза оказался и Владимир Тарнопольский; он быстро перемещался по сцене, всех благодарил, всем жал руки, а на единственном относительно чётком у меня кадре аплодировал дирижеру, вызывая его на сцену.
,
Впечатление было очень сильным.
Иногда люди риторическиспрашивают: а почему у нас нет новых хороших опер?
Да есть же, есть. Только их либо не ставят вообще, либо ставят строго дозированно. Один, два, три спектакля - и всё. Где-нибудь на малой сцене (но спасибо МАМТ и за это!), или вообще на "выселках" - на Винзаводе, в центре Мейерхольда, и т.д.
Я ходила с сыном, который учится на продюсера. Ему тоже очень понравилось, однако, узнав про всего три показа, он удивился: "Так это же не окупится!". Разумеется, не окупится. Вообще-то опера - искусство неокупаемое в строго материальном смысле, если только не превращать ее в индустрию успеха наподобие попсы, устраивая концерты энного количества теноров на стадионе. Опера - это очень дорого, потому что дёшево хорошо не бывает, особенно в этом жанре. Но опера окупает себя в исторической перспективе. Она способна консолидировать нацию (так было в 19 веке, в частности, в Италии), она способна аккумулировать и выражать самые болевые проблемы современности (всегда, в любую эпоху, от "Представления о душе и теле" Кавальери до... хотя бы до опер Ноно, Берио, Штокхаузена, Шаррино, Тарнопольского), она способна нести тот самый свет, которого так не хватает жителям нашей пещеры.
Ряд современных композиторов тут назван мною не случайно. Его можно дополнить другими именами (скажем, оперы о Франциске Ассизском есть у Оливье Мессиана и у Сергея Невского, но это совершенно разные вещи, хотя обе - о новом понимании святости).
Общее, что, на мой взгляд, объединяет всех создателей современного музыкального театра - это возвращение оперы к ее корням, к философской и символической основе dramma per musica, поскольку эта ниша - единственная, откуда оперу неспособны вытеснить ее милые родственники - драматический театр и кино. Правда, в 20 веке появились также артхаусные фильмы и спектакли, в которых не рассказывается некая "история" (допустим, про то, как Джон/Иван любит Мери/Марию, или про то, как некий герой расправился со всеми своими врагами). Но всё-таки от кинофильма или спектакля зритель ожидает некоего связного повествования, чтобы сопереживать персонажам и прожить с ними кусок жизни, выдуманной или реальной. В опере примерно эта же концепция господствовала примерно со второй половины 17 века до первой половины 20. Но в современной опере это уже давно не так. Бывают оперы и без сюжета, и без конкретных героев, и даже, как мы могли убедиться, написанные по мотивам философских и эстетических трактатов. И, как выясняется, следить за перипетиями развития абстрактных идей ничуть не менее интересно, чем за судьбами пары влюбленных или униженных и оскорбленных. Все эти идеи, пропущенные через нашу психику и выраженные посредством музыки и других искусств, оказываются отражением той истины, ослепительный свет которой выдержать нам не под силу.
Сын по дороге домой высказал мысль, что этот слепящий свет (в финале он был направлен в зал, заставляя жмуриться или отводить взгляды) - на самом деле не благо, ибо он убивает игру теней, порождающую мысль, фантазию, искусство как таковое. Свет без примеси тени - однозначен, лишен объёма и сложности, а стало быть, несовместим с природой человека, с нашими органами восприятия и способами самовыражения.
Но жизнь в пещере возможна лишь постольку, поскольку внутри нее присутствует знание о самом существовании источника света.
Как-то так.
(Владимир Тарнопольский, фото сделано мною в 2011 году в конференцзале Московской консерватории)
Опера была написана для постановки в Германии в 2006 году, поэтому текст (кроме партии чтеца) - на немецком.
О концепции композитор четко и внятно рассказал и в материале, размещенном на сайте театра, и в аннотации к программке.
На всякий случай, перенесу текст и сюда, а то программка потеряется, сайт обновится, и в нужный момент ничего не найдёшь.
--
Импульсом для моей работы над оперой стали два античных источника – "Притча о пещере" Платона и легенда Плиния старшего о происхождении живописи из тени.
Платон образно представляет мир, в котором мы живем, как пещеру, а всех людей – как узников, сидящих в этой пещере. Они видят лишь ее стену, на которую отблески света извне отбрасывают причудливые тени. Эти тени пленники пещеры и принимают за истинный мир. Узник, выбравшийся на свободу, ослепнет от солнечного света. Если же он вернется обратно в пещеру и попытается объяснить пленникам, ЧТО есть истинная жизнь, то соплеменники примут его за сумасшедшего и могут лишить жизни. Своей притчей Платон иллюстрирует мысль о пропасти между миром видимых нам явлений и миром истинных идей.
В другой античной легенде, описанной Плинием, тень выступает как прообраз живописи. Желая сохранить образ своего возлюбленного, отправляющегося на войну, девушка обводит углем контур его тени, тем самым создавая изображение. Так рождается живопись.
Обе эти притчи основываются на различных интерпретациях феномена тени. Для Платона тень – это знак мира идей (Эйдосов) в мире видимого. Для Плиния тень – это посредник между миром видимого и миром искусства. В своем сценарии я попытался столкнуть эти два подхода, дать их в развитии и взаимопересечении. В этом "трехуровневом мироздании" (мир идей – видимый мир – мир искусств) именно Искусства, вопреки Платону, могут освободить пленников платоновской пещеры, показав им путь к Свету. И в противоположность Плинию, тень, живопись, искусства – нечто гораздо большее, чем только лишь оптические или акустические феномены. Истинное познание и истинное искусство заключаются в выходе за пределы, определяемые тенью, которая является полем столкновения Света и Тьмы.
Композиция оперы основывается на параллельном развитии двух линий. Искусства представлены в опере женским трио, Пленники пещеры - мужским трио. Это как бы два "трехголовых" трехголосных персонажа, поющих только в ансамбле. Визуальным прообразом женского трио стала античная скульптура "Три Грации", а мужского трио – скульптурная группа Родена "Тени" (из композиции "Врата ада" по Данте). В инструментальных эпизодах Искусства и Узники представлены соответственно Танцовщицей и Танцовщиком. Именно этот персонаж, единственный, достигает Света. Два инструментальных ансамбля, расположенные на противоположных ярусах зала, непосредственно связаны со своими протагонистами, первый ансамбль – с Искусствами, второй – с Узниками.
В основе либретто лежат фрагменты текстов из "Божественной комедии" Данте, "Споре искусств о первенстве" Леонардо, "Гимна Солнцу" Эхнатона и другие классические источники.
--
Перед спектаклем с небольшим разъяснением этой концепции выступил композитор Фёдор Софронов, соратник Тарнопольского по внедрению современной музыки в сознание, а затем и в артистическую практику, московских (и вообще отечественных) музыкантов и их аудитории. Тарнопольский и Софронов возглавляют Центр современной музыки в Московской консерватории, преподают на композиторском факультете предметы, связанные с современной музыкальной культурой, устраивают замечательные концерты и конференции, приглашают на мастерклассы в консерваторию зарубежных мэтров. И всё это - при минимальном финансировании, а то и на голом энтузиазме.
Впрочем, такую вещь, как "По ту сторону тени" на совсем уж голом энтузиазме поставить и исполнить нельзя.
Мало того, что тема оперы - философская, сюжет очень умозрительный и символический, а музыка сложная, - так ведь проект действительно мультимедийный. Тут играют, поют, танцуют, декламируют, и одновременно происходит цифровая визуализация всех изменений смысла, всех образных концептов. Поэтому назвать композитора единственным автором оперы, наверное, нельзя. Это тот самый случай, когда перед нами - настоящее "совокупное произведение искусств", Gesamtkunstwerk, и вдобавок тот случай, когда слушать музыку отдельно от визуальной реализации - значит, многое потерять. Хотя музыка сама по себе, как всегда у Тарнопольского, замечательная.
Режиссер-постановщик и хореограф – Роберт Векслер
Художник интерактивной компьютерной графики – Фридер Вайс
Ансамбль "Студия новой музыки"
Музыкальный руководитель и дирижер – Игорь Дронов
При участии Центра современной музыки Московской консерватории
На финальном поклоне собрались почти все участники-солисты и постановщики (интересные мужчины в оранжевых штанах и в красных ботинках - это наши немецкие друзья). Слева стоят три дамы в черном - это три искусства (в спектакле они были в красивых белых костюмах, и лишь в последней сцене - так, как тут): Ольга Луцив-Терновская, Екатерина Кичигина и Светлана Сумачева. В центре - пара танцовщиков, девушка в белом (условно говоря, Свет) и молодой человек с обнаженным торсом (собственно, Человек). За Фридером Вайсом скромно прячется в тени заедующий кафедрой истории зарубежной музыки Михаил Сапонов (Философ). Замыкают ряд три певца - Узники Пещеры (Сергей Николаев, Дмитрий Кондратков и Михаил Головушкин).
Михаил Александрович в очередной раз поразил всех многообразием своих талантов. Нет, мы-то, консерваторские люди, давно знали, что он не только читает блестящие лекции и доклады на разных языках, играет наизусть Веберна, переводит стихами кантаты Баха и вообще способен на многое. Время от времени он выступает в роли чтеца при исполнениях "Оды Наполеону" Шёнберга, причем в совершенно официальных концертах.
Но партия Философа в опере Тарнопольского, хотя и сугубо разговорная, предполагает еще и сценическую игру, а не просто выразительное произнесение текста. В кульминационный момент, когда Философа буквально раздирают на части Узники Пещеры и Искусства, он падает замертво посередине сцены. Я даже ахнула. Ведь актеров специально учат правильно падать, и обычно этим всё-таки занимаются довольно молодые люди. Музыковеды, как правило, этого не умеют совсем - зачем нам?...
Оказалось, мой шеф умеет и такое.
Оркестр в опере разделен на два ансамбля, которые сидят так, что не видят ни друг друга, ни дирижера (дирижера им показывают мониторы).
Ансамбль, сопровождающий в основном Искусства и связанные с ними темы, располагался слева, а тот, что соотносился с тенями и пещерными людьми - справа, причем за сценической конструкцией, видимой на моих картинках (на эту конструкцию проецировались все компьютерные и световые эффекты). К сожалению, снять оба ансамбля не получилось; во время спектакля я ничего не фотографировала, а на поклон они выходили как-то вразбивку.
Часть "пещерного" ансамбля с чудо-юдо-контрабас-кларнетом.
Неуловимым для фотоглаза оказался и Владимир Тарнопольский; он быстро перемещался по сцене, всех благодарил, всем жал руки, а на единственном относительно чётком у меня кадре аплодировал дирижеру, вызывая его на сцену.
,
Впечатление было очень сильным.
Иногда люди риторическиспрашивают: а почему у нас нет новых хороших опер?
Да есть же, есть. Только их либо не ставят вообще, либо ставят строго дозированно. Один, два, три спектакля - и всё. Где-нибудь на малой сцене (но спасибо МАМТ и за это!), или вообще на "выселках" - на Винзаводе, в центре Мейерхольда, и т.д.
Я ходила с сыном, который учится на продюсера. Ему тоже очень понравилось, однако, узнав про всего три показа, он удивился: "Так это же не окупится!". Разумеется, не окупится. Вообще-то опера - искусство неокупаемое в строго материальном смысле, если только не превращать ее в индустрию успеха наподобие попсы, устраивая концерты энного количества теноров на стадионе. Опера - это очень дорого, потому что дёшево хорошо не бывает, особенно в этом жанре. Но опера окупает себя в исторической перспективе. Она способна консолидировать нацию (так было в 19 веке, в частности, в Италии), она способна аккумулировать и выражать самые болевые проблемы современности (всегда, в любую эпоху, от "Представления о душе и теле" Кавальери до... хотя бы до опер Ноно, Берио, Штокхаузена, Шаррино, Тарнопольского), она способна нести тот самый свет, которого так не хватает жителям нашей пещеры.
Ряд современных композиторов тут назван мною не случайно. Его можно дополнить другими именами (скажем, оперы о Франциске Ассизском есть у Оливье Мессиана и у Сергея Невского, но это совершенно разные вещи, хотя обе - о новом понимании святости).
Общее, что, на мой взгляд, объединяет всех создателей современного музыкального театра - это возвращение оперы к ее корням, к философской и символической основе dramma per musica, поскольку эта ниша - единственная, откуда оперу неспособны вытеснить ее милые родственники - драматический театр и кино. Правда, в 20 веке появились также артхаусные фильмы и спектакли, в которых не рассказывается некая "история" (допустим, про то, как Джон/Иван любит Мери/Марию, или про то, как некий герой расправился со всеми своими врагами). Но всё-таки от кинофильма или спектакля зритель ожидает некоего связного повествования, чтобы сопереживать персонажам и прожить с ними кусок жизни, выдуманной или реальной. В опере примерно эта же концепция господствовала примерно со второй половины 17 века до первой половины 20. Но в современной опере это уже давно не так. Бывают оперы и без сюжета, и без конкретных героев, и даже, как мы могли убедиться, написанные по мотивам философских и эстетических трактатов. И, как выясняется, следить за перипетиями развития абстрактных идей ничуть не менее интересно, чем за судьбами пары влюбленных или униженных и оскорбленных. Все эти идеи, пропущенные через нашу психику и выраженные посредством музыки и других искусств, оказываются отражением той истины, ослепительный свет которой выдержать нам не под силу.
Сын по дороге домой высказал мысль, что этот слепящий свет (в финале он был направлен в зал, заставляя жмуриться или отводить взгляды) - на самом деле не благо, ибо он убивает игру теней, порождающую мысль, фантазию, искусство как таковое. Свет без примеси тени - однозначен, лишен объёма и сложности, а стало быть, несовместим с природой человека, с нашими органами восприятия и способами самовыражения.
Но жизнь в пещере возможна лишь постольку, поскольку внутри нее присутствует знание о самом существовании источника света.
Как-то так.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
no subject
Date: 2015-03-28 07:35 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 07:52 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 08:10 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 08:27 am (UTC)Иногда люди риторически спрашивают: а почему у нас нет
Date: 2015-03-28 02:42 pm (UTC)Re: Иногда люди риторически спрашивают: а почему у нас н
Date: 2015-03-28 09:02 pm (UTC)Re: Иногда люди риторически спрашивают: а почему у нас н
Date: 2015-03-30 08:14 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 07:36 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 07:50 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 08:12 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 08:22 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 07:58 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 08:27 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 08:58 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 12:05 pm (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 09:03 pm (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 01:46 pm (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 02:09 pm (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 04:41 pm (UTC)no subject
Date: 2015-03-28 09:04 pm (UTC)no subject
Date: 2015-03-29 10:05 am (UTC)no subject
Date: 2015-03-29 10:16 am (UTC)А повторения не предвидится?