![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cleofideГеоргу Фридриху Генделю - 330!
Думаю, немалая часть моих френдов будет сегодня отмечать именно этот праздник, и я - в первую очередь.
Поделюсь-ка я нынче некоторыми интересными деталями, касающимися пребывания молодого Генделя в Риме.
Прибыл он туда, скорее всего, в конце 1706 года, ибо в январе 1707 года уже выступал на органе в папской церкви Сан Джованни ин Латерано, а туда какого-то юношу "с улицы", вдобавок протестанта, просто так поиграть бы не пустили. Но про Сан Джованни и органы этой базилики я уже рассказывала, повторяться не буду.
В 1707 году юный Гендель поступил на службу к маркизу (впоследствии - князю) Франческо Мария Русполи, возглавив его небольшую, но очень сильную капеллу. На гравюре, найденной в сети, Русполи изображен уже в статусе князя Черветери, но в то время Гендель уже находился в Англии.
И именно в связи с этой службой появилось первое известное нам изображение Генделя - правда, не в качестве отдельного портрета, а в "массовке", хотя и на достаточно заметном месте.
Музыка и политика в 18 веке были довольно тесно связаны, а то и перемешаны. "Милый саксонец", подвизавшийся у маркиза Русполи как музыкант, оказался частью политических амбиций своего патрона, преумножая своей славой его влияние.
Весной 1708 года Русполи организовал и снарядил на собственные средства полк под названием La colonella, задачей которого была защита Рима и папских владений. От кого?.. Вплоть до 1714 года в Европе шла "война за испанское наследство", в которой противоборствовали Франция в лице старого Людовика XIV (он хотел посадить на опустевший испанский трон своего внука, ибо этот внук был прямым потомком испанской инфанты Марии Терезы, первой жены Людовика), и Священная Римская империя германской нации в лице Карла VI, поскольку Карл был сыном другой испанской инфанты, Маргариты, первой жены покойного Леопольда I, и эта инфанта (тоже давно покойная) никогда не отрекалась от права наследования испанской короны. Европейские государства заняли разные позиции, в зависимости от политических симпатий и вассальных обязанностей. Поскольку Италия была весьма раздробленной, то там дело обстояло чрезвычайно сложно и запутанно. На севере Италии периодически шли военные действия между армиями Бурбонов и Габсбургов. Так что папа римский Клемент XI имел основания опасаться, что война придёт и в Вечный город, и потому полк маркиза Русполи был совсем не лишним в этом раскладе сил.
В палаццо Бонелли (тогдашней резиденции Русполи и нынешнем месте обитания представителей этой династии) до сих пор висит большая картина художника Алессандро Пьяцца (Piazza), изображающая парад полка Русполи перед его дворцом, состоявшийся 9 сентября 1708 года. К сожалению, крупной репродукции этой картины нигде нет, дворец остаётся частным владением, и прийти туда с экскурсией нельзя. Общий кадр промелькнул в могосерийном документально-биографическом фильме ВВС о Генделе, но потом из Ю-Тюба эта часть была изъята. Что-то я успела скопипастить, но в плохом качестве.
Привожу кадр лишь затем, чтобы показать, какая картина на самом деле большая и очень многолюдная.
Она была опубликована в большой статье, которая мне пока недоступна:
Ursula Kirkendale. Handel with Ruspoli : New Documents from the Archivo Segreto Vaticano, December 1706 to December 1708 // Studi musicali, 2003, N 32, P. 301-348 (если кто поможет достать, буду очень признательна!)
А теперь - подробности, уже более внятного вида.
Нас интересует правая часть картины
Этот фрагмент я взяла из статьи, висящей онлайн - Mario Valente: Misteri e segreti del viaggio di G,F,Handel in Italia (2009)
Поскольку не все читают по-итальянски, кое-что перескажу, а кое-что и добавлю из других источников.
Фасад дворца Бонелли (Валентини) сохранился примерно в том же виде; современную фотографию мне любезно предоставила Екатерина Дубравская (я сама в время своего набега на Рим в этом месте побывать не успела).
Теперь - кусок картины.
На балконе, вероятно, сам маркиз (в красном), рядом с ним и в окнах - знатная публика.
Перед палаццо - служащие маркиза. В группе, что слева от зрителя, рядом с тремя священниками в первом ряду стоит богато одетая дама с веером. Предполагается, что это - певица Маргерита Дурастанти, которая вместе с Генделем служила у Русполи и даже пела на премьере его оратории "Воскресение" (затем церковные власти выразили возмущение присутствием женщины при исполнении произведения на духовный сюжет, и Дурастанти при повторении оратории заменили кастратом). Она пела партии сопрано во всех итальянских кантатах, написанных Генделем для Русполи и других римских меценатов, а затем Гендель по старой дружбе ангажировал ее в Лондон на первый сезон "Королевской академии музыки" (в "Радамисте" она пела как партию заглавного героя - на премьере весной, так и женскую партию Зенобии, при возобновлении оперы в декабре того же года).
Ролик с ариозо Зенобии в начале 2 акта. Дивная музыка, прообраз будущей арии Ксеркса под платаном...
Марио Валенте считает также, что через одного человека от Дурастанти, между двумя монахами в рясах доминиканцев, изображен композитор, священник и видный дипломат Агостино Стеффани (именно его Гендель сменил в 1710 году на посту ганноверского капельмейстера).
У меня, кстати, было интуитивное ощущение, что Гендель и Стеффани общались в Риме еще в конце 1706 года, но теперь это подтверждают и специалисты, имеющие доступ к итальянским материалам.
Интереснее же всего группа, стоящая справа.
Именно тут углядели первый портрет юного Генделя.
Помимо Валенте, сошлюсь на Урсулу Киркендейл, впервые раскопавшей архивы Русполи и работавшей также в секретными архивами Ватикана, и на Джонатана Китса. Китс, однако, полагает, что Маргерита Дурастанти - не в группе слева, а на другой стороне, в высоком головном уборе, называвшемся тогда "фонтаном".
Маргерита, увы, не была красавицей; вообще из всех знаменитых генделевских примадонн миловидностью могла похвастаться только Фаустина Бордони.
Генделеведы, писавшие об этой картине, начиная с Урсулы Киркендейл, полагают, что Гендель - это персонаж в золотистой ливрее с треуголкой под мышкой.
Но мне почему-то кажется, что на Генделя больше похож персонаж в светлом парике.
Можно попытаться сравнить это не очень чёткое изображение с миниатюрой Кристофа Платцера, относящейся к 1710 году. У этой миниатюры, кстати, тоже своя детективная история: она хранилась в Музее Генделя в Галле, но была в 1948 году украдена оттуда, и до сих пор оригинал не нашли. Имеется лишь копия пастелью работы Луции Шнайдер (она приведена в начале этого поста, взята с открытки) и фотокопии.
Да, по статусу Гендель должен был выглядеть более репрезентативно, нежели рядовые члены капеллы. Однако лицо персонажа в золотистом камзоле мне кажется более полным, чем то, что запечатлено на миниатюре 1710 года. Видны и пухлые щёки, и двойной подбородок - всё это появилось в маэстро позднее, уже на лондонских хлебах, и далеко не сразу.
Зато более скромно одетый персонаж в светлом парике явно молод, строен и более миловиден.
Конечно, по картинкам из интернета судить трудно, я лишь высказываю личные предположения в порядке светского разговора на страницах ЖЖ - и не более того...
Миниатюра Платцера (пропавшая) и один из ранних лондонских портретов Генделя, так называемый "чендосский портрет", который датируется примерно 1720 годом. Как мы видим, в 35 лет у Генделя еще не развилась несколько нездоровая полнота, как на портретах 1740-х годов.
В любом случае, отпразновать 330-летие любимого гения не помешают никакие иконографические разночтения, ибо его музыка всегда говорит сама за себя!
Для праздничного настроения можно послушать мотет Laudate pueri Dominum (HVW 237), на текст псалма 112 (113), положенного Генделем на музыку сначала в Германии в 1706 году (HVW 236), а затем в Риме в 1707. В первой версии это сольный мотет для сопрано в F-dur, в римской версии тональность D-dur, и присутствует хор.
Предлагается римская версия.
Другой вариант - солирует Магдалена Кожена.
Думаю, немалая часть моих френдов будет сегодня отмечать именно этот праздник, и я - в первую очередь.
Поделюсь-ка я нынче некоторыми интересными деталями, касающимися пребывания молодого Генделя в Риме.
Прибыл он туда, скорее всего, в конце 1706 года, ибо в январе 1707 года уже выступал на органе в папской церкви Сан Джованни ин Латерано, а туда какого-то юношу "с улицы", вдобавок протестанта, просто так поиграть бы не пустили. Но про Сан Джованни и органы этой базилики я уже рассказывала, повторяться не буду.
В 1707 году юный Гендель поступил на службу к маркизу (впоследствии - князю) Франческо Мария Русполи, возглавив его небольшую, но очень сильную капеллу. На гравюре, найденной в сети, Русполи изображен уже в статусе князя Черветери, но в то время Гендель уже находился в Англии.
И именно в связи с этой службой появилось первое известное нам изображение Генделя - правда, не в качестве отдельного портрета, а в "массовке", хотя и на достаточно заметном месте.
Музыка и политика в 18 веке были довольно тесно связаны, а то и перемешаны. "Милый саксонец", подвизавшийся у маркиза Русполи как музыкант, оказался частью политических амбиций своего патрона, преумножая своей славой его влияние.
Весной 1708 года Русполи организовал и снарядил на собственные средства полк под названием La colonella, задачей которого была защита Рима и папских владений. От кого?.. Вплоть до 1714 года в Европе шла "война за испанское наследство", в которой противоборствовали Франция в лице старого Людовика XIV (он хотел посадить на опустевший испанский трон своего внука, ибо этот внук был прямым потомком испанской инфанты Марии Терезы, первой жены Людовика), и Священная Римская империя германской нации в лице Карла VI, поскольку Карл был сыном другой испанской инфанты, Маргариты, первой жены покойного Леопольда I, и эта инфанта (тоже давно покойная) никогда не отрекалась от права наследования испанской короны. Европейские государства заняли разные позиции, в зависимости от политических симпатий и вассальных обязанностей. Поскольку Италия была весьма раздробленной, то там дело обстояло чрезвычайно сложно и запутанно. На севере Италии периодически шли военные действия между армиями Бурбонов и Габсбургов. Так что папа римский Клемент XI имел основания опасаться, что война придёт и в Вечный город, и потому полк маркиза Русполи был совсем не лишним в этом раскладе сил.
В палаццо Бонелли (тогдашней резиденции Русполи и нынешнем месте обитания представителей этой династии) до сих пор висит большая картина художника Алессандро Пьяцца (Piazza), изображающая парад полка Русполи перед его дворцом, состоявшийся 9 сентября 1708 года. К сожалению, крупной репродукции этой картины нигде нет, дворец остаётся частным владением, и прийти туда с экскурсией нельзя. Общий кадр промелькнул в могосерийном документально-биографическом фильме ВВС о Генделе, но потом из Ю-Тюба эта часть была изъята. Что-то я успела скопипастить, но в плохом качестве.
Привожу кадр лишь затем, чтобы показать, какая картина на самом деле большая и очень многолюдная.
Она была опубликована в большой статье, которая мне пока недоступна:
Ursula Kirkendale. Handel with Ruspoli : New Documents from the Archivo Segreto Vaticano, December 1706 to December 1708 // Studi musicali, 2003, N 32, P. 301-348 (если кто поможет достать, буду очень признательна!)
А теперь - подробности, уже более внятного вида.
Нас интересует правая часть картины
Этот фрагмент я взяла из статьи, висящей онлайн - Mario Valente: Misteri e segreti del viaggio di G,F,Handel in Italia (2009)
Поскольку не все читают по-итальянски, кое-что перескажу, а кое-что и добавлю из других источников.
Фасад дворца Бонелли (Валентини) сохранился примерно в том же виде; современную фотографию мне любезно предоставила Екатерина Дубравская (я сама в время своего набега на Рим в этом месте побывать не успела).
Теперь - кусок картины.
На балконе, вероятно, сам маркиз (в красном), рядом с ним и в окнах - знатная публика.
Перед палаццо - служащие маркиза. В группе, что слева от зрителя, рядом с тремя священниками в первом ряду стоит богато одетая дама с веером. Предполагается, что это - певица Маргерита Дурастанти, которая вместе с Генделем служила у Русполи и даже пела на премьере его оратории "Воскресение" (затем церковные власти выразили возмущение присутствием женщины при исполнении произведения на духовный сюжет, и Дурастанти при повторении оратории заменили кастратом). Она пела партии сопрано во всех итальянских кантатах, написанных Генделем для Русполи и других римских меценатов, а затем Гендель по старой дружбе ангажировал ее в Лондон на первый сезон "Королевской академии музыки" (в "Радамисте" она пела как партию заглавного героя - на премьере весной, так и женскую партию Зенобии, при возобновлении оперы в декабре того же года).
Ролик с ариозо Зенобии в начале 2 акта. Дивная музыка, прообраз будущей арии Ксеркса под платаном...
Марио Валенте считает также, что через одного человека от Дурастанти, между двумя монахами в рясах доминиканцев, изображен композитор, священник и видный дипломат Агостино Стеффани (именно его Гендель сменил в 1710 году на посту ганноверского капельмейстера).
У меня, кстати, было интуитивное ощущение, что Гендель и Стеффани общались в Риме еще в конце 1706 года, но теперь это подтверждают и специалисты, имеющие доступ к итальянским материалам.
Интереснее же всего группа, стоящая справа.
Именно тут углядели первый портрет юного Генделя.
Помимо Валенте, сошлюсь на Урсулу Киркендейл, впервые раскопавшей архивы Русполи и работавшей также в секретными архивами Ватикана, и на Джонатана Китса. Китс, однако, полагает, что Маргерита Дурастанти - не в группе слева, а на другой стороне, в высоком головном уборе, называвшемся тогда "фонтаном".
Маргерита, увы, не была красавицей; вообще из всех знаменитых генделевских примадонн миловидностью могла похвастаться только Фаустина Бордони.
Генделеведы, писавшие об этой картине, начиная с Урсулы Киркендейл, полагают, что Гендель - это персонаж в золотистой ливрее с треуголкой под мышкой.
Но мне почему-то кажется, что на Генделя больше похож персонаж в светлом парике.
Можно попытаться сравнить это не очень чёткое изображение с миниатюрой Кристофа Платцера, относящейся к 1710 году. У этой миниатюры, кстати, тоже своя детективная история: она хранилась в Музее Генделя в Галле, но была в 1948 году украдена оттуда, и до сих пор оригинал не нашли. Имеется лишь копия пастелью работы Луции Шнайдер (она приведена в начале этого поста, взята с открытки) и фотокопии.
Да, по статусу Гендель должен был выглядеть более репрезентативно, нежели рядовые члены капеллы. Однако лицо персонажа в золотистом камзоле мне кажется более полным, чем то, что запечатлено на миниатюре 1710 года. Видны и пухлые щёки, и двойной подбородок - всё это появилось в маэстро позднее, уже на лондонских хлебах, и далеко не сразу.
Зато более скромно одетый персонаж в светлом парике явно молод, строен и более миловиден.
Конечно, по картинкам из интернета судить трудно, я лишь высказываю личные предположения в порядке светского разговора на страницах ЖЖ - и не более того...
Миниатюра Платцера (пропавшая) и один из ранних лондонских портретов Генделя, так называемый "чендосский портрет", который датируется примерно 1720 годом. Как мы видим, в 35 лет у Генделя еще не развилась несколько нездоровая полнота, как на портретах 1740-х годов.
В любом случае, отпразновать 330-летие любимого гения не помешают никакие иконографические разночтения, ибо его музыка всегда говорит сама за себя!
Для праздничного настроения можно послушать мотет Laudate pueri Dominum (HVW 237), на текст псалма 112 (113), положенного Генделем на музыку сначала в Германии в 1706 году (HVW 236), а затем в Риме в 1707. В первой версии это сольный мотет для сопрано в F-dur, в римской версии тональность D-dur, и присутствует хор.
Предлагается римская версия.
Другой вариант - солирует Магдалена Кожена.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
no subject
Date: 2015-02-23 02:00 pm (UTC)