Былое и кое-какие мыслишки
Jul. 16th, 2013 12:08 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cleofideОпять читаю старые газеты - прежде всего, AMZ...
Собственно, я полезла за отчетом о знаменитой и скандальной пятичасовой "академии" Бетховена 22 декабря 1808 года (скандальной, если кто не знает, потому, что ее организация, генеральная репетиция и сам ход сопровождались рекордным количеством всевозможных неурядиц, конфликтов и провалов - вплоть до остановки Бетховеном оркестра прямо во время концерта). Ну, это история, в общем, известная, я её на лекциях рассказываю, объясняя, почему в Пятой симфонии было изъято большое повторение в скерцо, которое теперь некоторые аутентисты восстанавливают (и мне это очень нравится).
Однако в той же газете на тех же страницах (1809, январь, столбцы 269-270) нашлась и другая забавная информация о том, что происходило в это же время вокруг. Если добавить сюда контекст с сайта ANNO (ресурс Австрийской нац. биб-ки) и из мемуарной литературы, то картина декабрьской культурной жизни в Вене 1808 года выглядит очень неслабо.
9 декабря - "Макбет" Шекспира в обработке Шиллера в Кернтертортеатре. В роли Макбета - Йозеф Ланге (шурин Моцарта и приятель Бетховена), леди Макбет - Иоганна Вейсентурн (актриса и писательница).
Эту пьесу играли в Вене очень редко. Хотя к тому времени предполагаемый совместный проект оперы "Макбет" Бетховена и Коллина уже отменился (Коллин решил, что пьеса слишком мрачная), можно представить себе, что на спектакле они должны были присутствовать.
14 и 15 декабря - "Ифигения в Авлиде" Глюка в Придворном театре. В партиях Клитемнестры и Агамемнона -- Анна Мильдер и Иоганн Михаэль Фогель (он же Фогль - будущий друг Шуберта). Рецензент AMZ очень хвалил обоих, в том числе за актерскую игру.
17 декабря - Чествование Шиллера в Кернтнертортеатре, представление "Федры" Расина в обработке Шиллера в пользу вдовы и детей поэта, а также - мелодрама Schillers Feier (композиция по произедением Шиллера с музыкой Игнаца Умлауфа). Список участников тоже небезынтересен: Тесей - Ланге, Федра - Вейсентурн, Ипполит - Корн, а вот Арицию играла 18-летняя Антония Адамбергер (будущая Клерхен в венском "Эгмонте" 1810 года). В композиции по Шиллеру участвовали, помимо прочих, они же: Ланге - явление из "Макбета", Вейсентурн - Мария Стюарт, Адамбергер - Орлеанская дева.
Мне трудно предположить, что Бетховен на этом чрезвычайно знаменательном вечере вечере не был - при его-то любви к Шиллеру и при том, что Ланге был его добрым приятелем, а Вейсентурн - по крайней мере, знакомой. Но ни в каких документах подтверждения его присутствия нет. Впрочем, если событие совпало с датой концерта Биго (эта дата, увы, неизвестна - почему-то извещения в Венской газете не было), то ещё вопрос, что он мог бы предпочесть, если вообще куда-то ходил в этот вечер.
"Федру", кстати, 18 декабря повторили, но уже без Шиллер-феста.
(А вообще неплохая загрузочка была у актёров Бургтеатра! Никаких "вторых составов" не было, пожилой Ланге играл как миленький два дня подряд).
18 декабря, помимо "Федры" (ее давали на сцене Бургтеатра на Михайловской площади), в Кернтнерторе шло "Похищение из сераля". А внизу афиши - приписочка: "Мадемуазель Мильдер нездорова".
Это, опять же, к вопросу о подготовке бетховенской академии. Он ведь хотел, чтобы Мильдер спела 22 декабря его арию и собирался сам к ней явиться, чтобы "поцеловать край ее платья". Вышел очередной скандал, поскольку классик поссорился с ювелиром - женихом примадонны Гауптманом. Может, из-за того и поссорились, что Мильдер была нездорова, и жених не хотел ее переутруждать?.. Мы не знаем, в какой день это было. Но в любом случае, Мильдер петь отказалась, и бедному Бетховену пришлось срочно искать другую певицу... Наашёл на свою голову неопытную дебютантку, которая тряслась от страха и фальшивила...
20 декабря: ну хоть разорвись! В Бурге - "Ифигения в Авлиде" (и Мильдер, как миленькая, на сцене), в Кернтнерторе - "Федра".
Примерно середина декабря (в любом случае, до 20-х чисел):
"академии" в Малом Редутном зале двух прекрасных дам. Одна - пианистка Мари Биго де Морож, жена библиотекаря графа Разумовского и приятельница Бетховена (он подарил ей автограф "Аппассионаты" за то, что Мари, не моргнув, сыграла сонату по рукописи с листа). В AMZ программа не указана, однако из других источников известно, что она почти сплошь состояла из произведений Бетховена: игралась Четвертая симфония, "Кориолан", 32 вариации до минор и Третий концерт (солировала Мари; программа известна из заметок И.Ф. Рейхардта - в газетах нет ничего подобного). Разумеется, ноты не мог предоставить никто другой, кроме Бетховена. Был ли он на концерте? Трудно сказать. По идее, должен был, однако в те дни он был жутко занят подготовкой собственной академии. Есть ещё нюанс: получить зал для концерта было не так-то просто, даже Малый редутный. Видимо, ради Мари Биго пришлось пустить в ход "артиллерию". Скорее всего, думаю, было задействовано влияние Андрея Кирилловича Разумовского. Может быть, не прямо, а через его венских друзей. И уж он-то, вероятно, на концерте был.
Другая дама - арфистка мадемуазель Лонги.
Как писал рецензент AMZ, "первая, как говорят, намного превзошла вторую блистательным мастерством и изяществом исполнения. Сам я вторую из них не слышал". Рейхардт тоже был в восторге от игры Биго. Вероятно, действительно была гениальная пианистка.
Ну и, наконец:
22 декабря. четверг, в Ан дер Вин - грандиозная академия Бетховена.
22 и 23 декабря в Бургтеатре - две благотворительные академии Общества помощи вдовам и сиротам музыкантов под руководством Сальери.
Ага, кто-то ухмылялся, потирая руки...
Это была, конечно же, большая "подстава", как сказали бы ныне.
Во-первых, само совпадение дат (обговоренных, конечно, очень заранее!) ставило Бетховена и Сальери в положение прямых конкурентов. Публика должна была выбирать между вечером феерических авангардных шедевров (Пятая и Шестая симфонии, Четвертый концерт, части Мессы до мажор, Фантазия ор. 70, ария и сольная фантазия) - и тоже редкостно интересной программой академии Общества. Там давали раннюю ораторию Гайдна "Возвращение Товия" (её практически никто не знал), Третий концерт Бетховена в исполнении Фридриха Штейна и совсем сногсшибательная вещь - Фантазия до минор для оркестра Сигизмунда Нойкома, который только что вернулся из Петербурга.
И куда же было венскому любителю музыки податься?.. К сожалению, афиш обеих академий Общества в наличии нет, и неизвестно в точности, что когда игралось (программы, видимо, несколько различались, общим пунктом была лишь оратория Гайдна).
По поводу фантазий...
Интересный сюжет вырисовывается.
Бетховен писал свою Фантазию ор. 80 в страшной спешке, и поэт Куффнер фактически работал под "рыбу" (готовую мелодию). Сольная партия фортепиано на премьере, скорее всего, просто импровизировалась (кроме вариаций, где надо было чётко координироваться с оркестром - но всё рухнуло, поскольку они всё-таки разошлись).
Однако наличие в концерте конкурентов оркестровой Фантазии Нойкома (также имитировавшей коллективную импровизацию) интригует. Рецензент отмечал, что это было нечто совсем удивительное и необычное, хотя от оценки самой музыки воздерживался.
Но возникает вопрос: случайно ли такое совпадение жанра?И не только жанра - тональности (у Бетховена: до минор - до мажор)? Не было ли у кого-то "инсайдерской" информации? Источники, опять же, молчат. Мне-то кажется, то такое вполне могло быть. В Вене все музыканты друг друга знали, было множество общих знакомых, утаить новинку было трудно.
Про Нойкома, кстати, немецкая Википедия пишет совершенно прелестно: "Sigismund Ritter von Neukomm (* 10. Juli 1778 in Salzburg; † 3. April 1858 in Paris) war Komponist, Pianist, Diplomat und möglicherweise auch Spion" ("Сигизмунд фон Нойком (даты жизни) был композитором, дипломатом и, вероятно, также шпионом"). Биография тоже феерическая: ученик Гайдна, в 1804-1808 капельмейстер немецкой оперной труппы в Петербурге, в 1816-1821 - в Рио де Жанейро. А так предпочитал Париж.
Если учесть, что в списке сочинений Нойкома имеются "Большая героическая симфония" (опубликована в 1818) и "Торжественная месса" (правда, в честь святого Иоанна), то возникают некоторые раздумья... Да, и ещё: у Ладислава Дуссека была "Гармоническая элегияч на смерть принца Луи Фердинанда", у Нойкома - "Гармоническая элегия на смерть Дуссека"...
Нот оркестровой фантазии Нойкома пока найти не удалось, но ведь и не с дачным же интернетом их искать.
Ещё кое-какие подробности: раньше я думала, что фраза из письма Бетховена к Гертелю от 7 января 1809 - некоторый эмоциональный перехлёст. Он писал, что Сальери "из ненависти" к нему "выкинул премерзкую штуку": запретил под угрозой исключения из пенсионного Общества играть в его академии музыкантам - членам Общества. Я по-прежнему не думаю, что Сальери питал к бывшему ученику ненависть. Но выяснилось, что ситуация сложилась действительно аховая. Речь шла не о дополнительных музыкантах, которыми Бетховен хотел усилить оркестр Ан дер Вин, а о штатных оркестрантах Ан дер Вин - членах Общества помощи вдовам и сиротам музыкантов. Сальери забрал лучших музыкантов для благотворительных академий в Бургтеатре. И Бетховену пришлось заполнять оркестр почти что кем попало (об этом писал анонимный очевидец в источнике, который раньше был неизвестен - я нашла эту цитату в свеженьком томе, присланном мне на днях из Германии). Немудрено, что на репетиции он устроил неопытным оркестрантам взбучку, и они объявили забастовку, отказавшись играть под его управлением. О том, что играли программу безобразно, писали все рецензенты.
Между прочим, 23 декабря в Ан дер Вин состоялась академия Франца Клемента (который 22 декабря в качестве одного из дирижеров принимал участие в академии Бетховена, длившейся пять часов и требовавшей огромных усилий - а накануне присутствовал на чрезвычайно нервной и скандальной репетиции). Объявления об обоих концертах, Бетховена и Клемента, следовали подряд в Венской газете за 21 декабря, причем упоминалось, что Клемент устраивает бенефисную академию "после болезни". Были обещаны "новые сочинения", но не писалось, какие. Точной афиши нет - ANNO либо не имеет афиш Ан дер Вин, либо пока не выложило их.
Да уж, Клементу в те дни хорошо досталось... Причём, как свидетельствовали очевидцы, в зале Ан дер Вин была жуткая холодрыга.
И это ещё не все удовольствия!
Опять цитирую AMZ:
"В первый день Рождества [25 декабря] в Большом редутном зале братья Зейфриды [литератор Йозеф и композитор Игнац] представили кантату "Возвращение Отца", которая была впервые исполнена 16 января 1806 года по случаю возвращения императора Франца в свою венскую резиденцию". -- Ну да, после разгрома под Аустерлицем и унизительного мира с Наполеоном было, чему сильно радоваться.... Рецензент пишет об этом изделии довольно иронически. Дело в том, что две части кантаты были положены на музыку Игнацем фон Зейфридом и капельмейстером Фишером, которые, вероятно, надеялись поделить славу поровну. И... "После теперешнего исполнения рыцарь Зейфрид вынужден был в одиночестве отвечать на скудные аплодисменты - ведь г-н Фишер имел несчастье незадолго до этого скончаться"...
Ехидствовать можно сколько угодно, но ведь Игнац фон Зейфрид тоже участвовал в бетховенской академии 22 декабря и фактически вытягивал ее на своих плечах. Кстати, во время срыва при исполнении Фантазии ор. 80 дирижировал именно он, а потом писал, что виноват был Бетховен, который забыл, что на репетиции отменил повторение Minore в одной из вариаций, и потому разошелся с оркестром. Рис же считал, что виноват был кларнетист.
В общем, очень нескучной была жизнь у венских актёров и музыкантов в начале 19 века.
И сами они были люди очень нескучные.
Гении, мастера на все руки, прекрасные дамы (Биго уж точно была молода и красива - впрочем, как и Мильдер), шпионы, интриганы...
Ведь параллельно присутствовавший тогда в Вене и всюду совавшийся Рейхардт активно "копал" под Бетховена. Во-первых, он отжал у него либретто оперы "Брадаманта", написанное Генрихом фон Коллином (Бетховену оно не шибко понравилось, однако он всё-таки хотел им заняться, как только пройдёт академия). Во-вторых, Рейхардт вбил клин между Бетховеном и Рисом, поскольку предложил Рису место кассельского капельмейстера, якобы уже отвергнутое Бетховеном (между тем Рейхардт не имел полномочий вести переговоры об этом, поскольку его самого с этой должности только что уволили). Более того, до сведения Бетховена было доведено, будто ученик ведет переговоры за его спиной!
В итоге Бетховен от должности отказался, Рис ее не получил - а кассельским капельмейстером в конце концов стал Людвиг Шпор. Но это уже совсем другая история.
Собственно, я полезла за отчетом о знаменитой и скандальной пятичасовой "академии" Бетховена 22 декабря 1808 года (скандальной, если кто не знает, потому, что ее организация, генеральная репетиция и сам ход сопровождались рекордным количеством всевозможных неурядиц, конфликтов и провалов - вплоть до остановки Бетховеном оркестра прямо во время концерта). Ну, это история, в общем, известная, я её на лекциях рассказываю, объясняя, почему в Пятой симфонии было изъято большое повторение в скерцо, которое теперь некоторые аутентисты восстанавливают (и мне это очень нравится).
Однако в той же газете на тех же страницах (1809, январь, столбцы 269-270) нашлась и другая забавная информация о том, что происходило в это же время вокруг. Если добавить сюда контекст с сайта ANNO (ресурс Австрийской нац. биб-ки) и из мемуарной литературы, то картина декабрьской культурной жизни в Вене 1808 года выглядит очень неслабо.
9 декабря - "Макбет" Шекспира в обработке Шиллера в Кернтертортеатре. В роли Макбета - Йозеф Ланге (шурин Моцарта и приятель Бетховена), леди Макбет - Иоганна Вейсентурн (актриса и писательница).
Эту пьесу играли в Вене очень редко. Хотя к тому времени предполагаемый совместный проект оперы "Макбет" Бетховена и Коллина уже отменился (Коллин решил, что пьеса слишком мрачная), можно представить себе, что на спектакле они должны были присутствовать.
14 и 15 декабря - "Ифигения в Авлиде" Глюка в Придворном театре. В партиях Клитемнестры и Агамемнона -- Анна Мильдер и Иоганн Михаэль Фогель (он же Фогль - будущий друг Шуберта). Рецензент AMZ очень хвалил обоих, в том числе за актерскую игру.
17 декабря - Чествование Шиллера в Кернтнертортеатре, представление "Федры" Расина в обработке Шиллера в пользу вдовы и детей поэта, а также - мелодрама Schillers Feier (композиция по произедением Шиллера с музыкой Игнаца Умлауфа). Список участников тоже небезынтересен: Тесей - Ланге, Федра - Вейсентурн, Ипполит - Корн, а вот Арицию играла 18-летняя Антония Адамбергер (будущая Клерхен в венском "Эгмонте" 1810 года). В композиции по Шиллеру участвовали, помимо прочих, они же: Ланге - явление из "Макбета", Вейсентурн - Мария Стюарт, Адамбергер - Орлеанская дева.
Мне трудно предположить, что Бетховен на этом чрезвычайно знаменательном вечере вечере не был - при его-то любви к Шиллеру и при том, что Ланге был его добрым приятелем, а Вейсентурн - по крайней мере, знакомой. Но ни в каких документах подтверждения его присутствия нет. Впрочем, если событие совпало с датой концерта Биго (эта дата, увы, неизвестна - почему-то извещения в Венской газете не было), то ещё вопрос, что он мог бы предпочесть, если вообще куда-то ходил в этот вечер.
"Федру", кстати, 18 декабря повторили, но уже без Шиллер-феста.
(А вообще неплохая загрузочка была у актёров Бургтеатра! Никаких "вторых составов" не было, пожилой Ланге играл как миленький два дня подряд).
18 декабря, помимо "Федры" (ее давали на сцене Бургтеатра на Михайловской площади), в Кернтнерторе шло "Похищение из сераля". А внизу афиши - приписочка: "Мадемуазель Мильдер нездорова".
Это, опять же, к вопросу о подготовке бетховенской академии. Он ведь хотел, чтобы Мильдер спела 22 декабря его арию и собирался сам к ней явиться, чтобы "поцеловать край ее платья". Вышел очередной скандал, поскольку классик поссорился с ювелиром - женихом примадонны Гауптманом. Может, из-за того и поссорились, что Мильдер была нездорова, и жених не хотел ее переутруждать?.. Мы не знаем, в какой день это было. Но в любом случае, Мильдер петь отказалась, и бедному Бетховену пришлось срочно искать другую певицу... Наашёл на свою голову неопытную дебютантку, которая тряслась от страха и фальшивила...
20 декабря: ну хоть разорвись! В Бурге - "Ифигения в Авлиде" (и Мильдер, как миленькая, на сцене), в Кернтнерторе - "Федра".
Примерно середина декабря (в любом случае, до 20-х чисел):
"академии" в Малом Редутном зале двух прекрасных дам. Одна - пианистка Мари Биго де Морож, жена библиотекаря графа Разумовского и приятельница Бетховена (он подарил ей автограф "Аппассионаты" за то, что Мари, не моргнув, сыграла сонату по рукописи с листа). В AMZ программа не указана, однако из других источников известно, что она почти сплошь состояла из произведений Бетховена: игралась Четвертая симфония, "Кориолан", 32 вариации до минор и Третий концерт (солировала Мари; программа известна из заметок И.Ф. Рейхардта - в газетах нет ничего подобного). Разумеется, ноты не мог предоставить никто другой, кроме Бетховена. Был ли он на концерте? Трудно сказать. По идее, должен был, однако в те дни он был жутко занят подготовкой собственной академии. Есть ещё нюанс: получить зал для концерта было не так-то просто, даже Малый редутный. Видимо, ради Мари Биго пришлось пустить в ход "артиллерию". Скорее всего, думаю, было задействовано влияние Андрея Кирилловича Разумовского. Может быть, не прямо, а через его венских друзей. И уж он-то, вероятно, на концерте был.
Другая дама - арфистка мадемуазель Лонги.
Как писал рецензент AMZ, "первая, как говорят, намного превзошла вторую блистательным мастерством и изяществом исполнения. Сам я вторую из них не слышал". Рейхардт тоже был в восторге от игры Биго. Вероятно, действительно была гениальная пианистка.
Ну и, наконец:
22 декабря. четверг, в Ан дер Вин - грандиозная академия Бетховена.
22 и 23 декабря в Бургтеатре - две благотворительные академии Общества помощи вдовам и сиротам музыкантов под руководством Сальери.
Ага, кто-то ухмылялся, потирая руки...
Это была, конечно же, большая "подстава", как сказали бы ныне.
Во-первых, само совпадение дат (обговоренных, конечно, очень заранее!) ставило Бетховена и Сальери в положение прямых конкурентов. Публика должна была выбирать между вечером феерических авангардных шедевров (Пятая и Шестая симфонии, Четвертый концерт, части Мессы до мажор, Фантазия ор. 70, ария и сольная фантазия) - и тоже редкостно интересной программой академии Общества. Там давали раннюю ораторию Гайдна "Возвращение Товия" (её практически никто не знал), Третий концерт Бетховена в исполнении Фридриха Штейна и совсем сногсшибательная вещь - Фантазия до минор для оркестра Сигизмунда Нойкома, который только что вернулся из Петербурга.
И куда же было венскому любителю музыки податься?.. К сожалению, афиш обеих академий Общества в наличии нет, и неизвестно в точности, что когда игралось (программы, видимо, несколько различались, общим пунктом была лишь оратория Гайдна).
По поводу фантазий...
Интересный сюжет вырисовывается.
Бетховен писал свою Фантазию ор. 80 в страшной спешке, и поэт Куффнер фактически работал под "рыбу" (готовую мелодию). Сольная партия фортепиано на премьере, скорее всего, просто импровизировалась (кроме вариаций, где надо было чётко координироваться с оркестром - но всё рухнуло, поскольку они всё-таки разошлись).
Однако наличие в концерте конкурентов оркестровой Фантазии Нойкома (также имитировавшей коллективную импровизацию) интригует. Рецензент отмечал, что это было нечто совсем удивительное и необычное, хотя от оценки самой музыки воздерживался.
Но возникает вопрос: случайно ли такое совпадение жанра?И не только жанра - тональности (у Бетховена: до минор - до мажор)? Не было ли у кого-то "инсайдерской" информации? Источники, опять же, молчат. Мне-то кажется, то такое вполне могло быть. В Вене все музыканты друг друга знали, было множество общих знакомых, утаить новинку было трудно.
Про Нойкома, кстати, немецкая Википедия пишет совершенно прелестно: "Sigismund Ritter von Neukomm (* 10. Juli 1778 in Salzburg; † 3. April 1858 in Paris) war Komponist, Pianist, Diplomat und möglicherweise auch Spion" ("Сигизмунд фон Нойком (даты жизни) был композитором, дипломатом и, вероятно, также шпионом"). Биография тоже феерическая: ученик Гайдна, в 1804-1808 капельмейстер немецкой оперной труппы в Петербурге, в 1816-1821 - в Рио де Жанейро. А так предпочитал Париж.
Если учесть, что в списке сочинений Нойкома имеются "Большая героическая симфония" (опубликована в 1818) и "Торжественная месса" (правда, в честь святого Иоанна), то возникают некоторые раздумья... Да, и ещё: у Ладислава Дуссека была "Гармоническая элегияч на смерть принца Луи Фердинанда", у Нойкома - "Гармоническая элегия на смерть Дуссека"...
Нот оркестровой фантазии Нойкома пока найти не удалось, но ведь и не с дачным же интернетом их искать.
Ещё кое-какие подробности: раньше я думала, что фраза из письма Бетховена к Гертелю от 7 января 1809 - некоторый эмоциональный перехлёст. Он писал, что Сальери "из ненависти" к нему "выкинул премерзкую штуку": запретил под угрозой исключения из пенсионного Общества играть в его академии музыкантам - членам Общества. Я по-прежнему не думаю, что Сальери питал к бывшему ученику ненависть. Но выяснилось, что ситуация сложилась действительно аховая. Речь шла не о дополнительных музыкантах, которыми Бетховен хотел усилить оркестр Ан дер Вин, а о штатных оркестрантах Ан дер Вин - членах Общества помощи вдовам и сиротам музыкантов. Сальери забрал лучших музыкантов для благотворительных академий в Бургтеатре. И Бетховену пришлось заполнять оркестр почти что кем попало (об этом писал анонимный очевидец в источнике, который раньше был неизвестен - я нашла эту цитату в свеженьком томе, присланном мне на днях из Германии). Немудрено, что на репетиции он устроил неопытным оркестрантам взбучку, и они объявили забастовку, отказавшись играть под его управлением. О том, что играли программу безобразно, писали все рецензенты.
Между прочим, 23 декабря в Ан дер Вин состоялась академия Франца Клемента (который 22 декабря в качестве одного из дирижеров принимал участие в академии Бетховена, длившейся пять часов и требовавшей огромных усилий - а накануне присутствовал на чрезвычайно нервной и скандальной репетиции). Объявления об обоих концертах, Бетховена и Клемента, следовали подряд в Венской газете за 21 декабря, причем упоминалось, что Клемент устраивает бенефисную академию "после болезни". Были обещаны "новые сочинения", но не писалось, какие. Точной афиши нет - ANNO либо не имеет афиш Ан дер Вин, либо пока не выложило их.
Да уж, Клементу в те дни хорошо досталось... Причём, как свидетельствовали очевидцы, в зале Ан дер Вин была жуткая холодрыга.
И это ещё не все удовольствия!
Опять цитирую AMZ:
"В первый день Рождества [25 декабря] в Большом редутном зале братья Зейфриды [литератор Йозеф и композитор Игнац] представили кантату "Возвращение Отца", которая была впервые исполнена 16 января 1806 года по случаю возвращения императора Франца в свою венскую резиденцию". -- Ну да, после разгрома под Аустерлицем и унизительного мира с Наполеоном было, чему сильно радоваться.... Рецензент пишет об этом изделии довольно иронически. Дело в том, что две части кантаты были положены на музыку Игнацем фон Зейфридом и капельмейстером Фишером, которые, вероятно, надеялись поделить славу поровну. И... "После теперешнего исполнения рыцарь Зейфрид вынужден был в одиночестве отвечать на скудные аплодисменты - ведь г-н Фишер имел несчастье незадолго до этого скончаться"...
Ехидствовать можно сколько угодно, но ведь Игнац фон Зейфрид тоже участвовал в бетховенской академии 22 декабря и фактически вытягивал ее на своих плечах. Кстати, во время срыва при исполнении Фантазии ор. 80 дирижировал именно он, а потом писал, что виноват был Бетховен, который забыл, что на репетиции отменил повторение Minore в одной из вариаций, и потому разошелся с оркестром. Рис же считал, что виноват был кларнетист.
В общем, очень нескучной была жизнь у венских актёров и музыкантов в начале 19 века.
И сами они были люди очень нескучные.
Гении, мастера на все руки, прекрасные дамы (Биго уж точно была молода и красива - впрочем, как и Мильдер), шпионы, интриганы...
Ведь параллельно присутствовавший тогда в Вене и всюду совавшийся Рейхардт активно "копал" под Бетховена. Во-первых, он отжал у него либретто оперы "Брадаманта", написанное Генрихом фон Коллином (Бетховену оно не шибко понравилось, однако он всё-таки хотел им заняться, как только пройдёт академия). Во-вторых, Рейхардт вбил клин между Бетховеном и Рисом, поскольку предложил Рису место кассельского капельмейстера, якобы уже отвергнутое Бетховеном (между тем Рейхардт не имел полномочий вести переговоры об этом, поскольку его самого с этой должности только что уволили). Более того, до сведения Бетховена было доведено, будто ученик ведет переговоры за его спиной!
В итоге Бетховен от должности отказался, Рис ее не получил - а кассельским капельмейстером в конце концов стал Людвиг Шпор. Но это уже совсем другая история.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
no subject
Date: 2013-07-17 09:14 am (UTC)Вот Рейхардта они бы, наверное, с удовольствием бы отмутузили в четыре руки :))
no subject
Date: 2013-07-17 09:18 am (UTC)no subject
Date: 2013-07-17 09:22 am (UTC)