Франк и россы
Mar. 24th, 2013 12:15 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cleofideНамедни иду (вернее, бегу) из первого корпуса консерватории в Рахманиновский, а в лестничном закутке в переходе стоит как обычно скрипач (кларнетист, флейтист, валторнист) и пиликает (дудит)... Ещё из-за двери, отделяющей тамбур перехода от лестницы, я слышу мелодию, и первая мысль - глубокая растерянность: это из какой же оперы Римского-Корсакова? Почему я не могу сразу вспомнить? Или это совсем даже Калинников?..
Потом доходит: Франк. Финал скрипичной сонаты. И, продолжая свой бег на собственную лекцию, на которую я уже опаздываю, понимаю, почему мне тема финала показалась такой в доску русской. Не только потому, что там такие песенные интонации. А еще и потому, что было давнее блаженно-сюрреалистическое воспоминание...
Лето 1981 года. Жара. Фольклорная экспедиция. Деревня Большая Алешня. Мы, две девушки и приданный нам для переноски магнитофона парень, ночуем в пустой избушке сельсовета на матрасах, брошенных на пол. На стене висит список социалистических обязательств, из которых первым пунктом - "Привести в порядок кладбище". Я мирно стираю свои носочки в какой-то лоханке: у меня прохудились кеды, никаких других на советской Рязанщине не купишь, и вся дорожная пыль теперь - моя. А из нашего походного катушечного магнитофона летят звуки сонаты Франка, пленку которой захватил юноша Дима. Он сидит на крыльце и слушает, наконец, нечто, не имеющее отношения к скрипучему и тягучему пению восьмидесятилетних бабулек. Но, как выяснилось много лет спустя - всё-таки имеющее. Потому что соната Франка намертво вписана в моей памяти в аскетически-приветливый интерьер сельсовета и вечерний пейзаж деревни Большая Алешня.
Полный сюр. И полный кайф.
Какой там Пруст и Вентейль!..
Этим эстетам даже не снилось то, что довелось испытать нам троим в рязанской глуши.
---
А вспомнилось всё это к слову и написалось как комментарий к дружескому посту.
Потом доходит: Франк. Финал скрипичной сонаты. И, продолжая свой бег на собственную лекцию, на которую я уже опаздываю, понимаю, почему мне тема финала показалась такой в доску русской. Не только потому, что там такие песенные интонации. А еще и потому, что было давнее блаженно-сюрреалистическое воспоминание...
Лето 1981 года. Жара. Фольклорная экспедиция. Деревня Большая Алешня. Мы, две девушки и приданный нам для переноски магнитофона парень, ночуем в пустой избушке сельсовета на матрасах, брошенных на пол. На стене висит список социалистических обязательств, из которых первым пунктом - "Привести в порядок кладбище". Я мирно стираю свои носочки в какой-то лоханке: у меня прохудились кеды, никаких других на советской Рязанщине не купишь, и вся дорожная пыль теперь - моя. А из нашего походного катушечного магнитофона летят звуки сонаты Франка, пленку которой захватил юноша Дима. Он сидит на крыльце и слушает, наконец, нечто, не имеющее отношения к скрипучему и тягучему пению восьмидесятилетних бабулек. Но, как выяснилось много лет спустя - всё-таки имеющее. Потому что соната Франка намертво вписана в моей памяти в аскетически-приветливый интерьер сельсовета и вечерний пейзаж деревни Большая Алешня.
Полный сюр. И полный кайф.
Какой там Пруст и Вентейль!..
Этим эстетам даже не снилось то, что довелось испытать нам троим в рязанской глуши.
---
А вспомнилось всё это к слову и написалось как комментарий к дружескому посту.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
no subject
Date: 2013-03-24 12:00 pm (UTC)