Злопамятный

[cleofide]

Всякий, кто слышал оперу Римского-Корсакова "Золотой петушок", непременно помнит, как во втором акте царь Додон признаётся Шемаханской царице в любви на мотив... "Чижика-пыжика". У Пушкина этого нет, нарочито тупой текст придумал Бельский:

Буду век тебя любить, постараюсь не забыть,
а как стану забывать, ты напомнишь мне опять...

Я тут, читая "Летопись" Николая Андреича, вдруг подумала, что у этого эпизода могла быть длинная предыстория.

Ещё когда РК готовил к премьере свою первую оперу, "Псковитянку", цензура начала придираться к либретто. Как так? - изумился автор. - Это же давно напечатанная пьеса Мея.. Э-э! - сказали ему, и ткнули в давний указ императора Николая, согласно которому русских монархов, правивших до Романовых, можно было выводить на сцену только в серьёзных трагедиях, а в операх и балетах - ни-ни! «На вопрос: почему? — мне отвечали: а вдруг царь запоет песенку, ну оно и нехорошо», — насмешливо вспоминал Римский-Корсаков.
В "Псковитянке" Иван Грозный песенок не пел, и благодаря связям РК по линии морского ведомства оперу к постановке разрешили.

Очередные неприятности с цензурой и двором, куда более досадные, возникли при постановке "Ночи перед Рождеством". Хотя Екатерина была в либретто заменена на абстрактную Царицу, артистка выходила на сцену в образе, напоминавшем императрицу. Это привело к скандалу, устроенному великим князем на репетиции.

В общем, то ли Николай Андреич припомнил все эти мытарства, сочиняя "Петушка", то ли где-то в подсознании у него шевельнулось пресловутое "а вдруг царь песенку споёт" - так вот и спел же. Самую что на есть дурацкую и на самый пошлый мотивчик.