![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Консерватория в пампасах и русский крест
На прошлой неделе (22 марта) в Консерватории состоялась очередная конференция из серии "Русские архивы за рубежом". Она была куда более камерной, чем все предыдущие (на приглашение зарубежных гостей средств не выделили, а наши уложились в один день заседаний), однако не менее интересной. Я смогла присутствовать лишь на части докладов.
Два из них носили прямо-таки сенсационный характер, но из-за скудости публики и полного отсутствия "паблисити" сенсации остались между нами.
Я и решила, что надо бы поделиться, хотя, как говорят, "баян не мой".
Две причудливые судьбы двух исключительно талантливых людей.
Некоторое время назад в Консерваторию в оргкомитет конференции пришло письмо из Аргентины. Автор, музыковед Диего Боскет, рассказывал об обнаружении там в полуразрушенном сельском доме архива забытого русского композитора Алексея Абуткова, и выражал желание приехать в Москву вместе со своим хором, чтобы сделать доклад и что-нибудь спеть.
К сожалению, по временнЫм и финансово-административным причинам пригласить их было никак невозможно (идея будет "пробиваться" на следующий год). Но материал такой интересный, что не обнародовать его было бы грехом.
К делу подключилась моя хорошая приятельница Галина Михайловна Малинина (она музыковед, но работает в библиотеке), дабы не просто огласить информацию аргентинского коллеги, а и дополнить её сведениями с нашей стороны (поэтому доклад в программе значился как совместный - все ссылки на изыскания Боскета со всеми надлежащими реверансами были аккуратно приведены).
Я до этого вообще не слышала фамилии Абуткова. А ведь не последний был человек, и весьма достойный. Информация о нём уже проникла в узкие круги посвящённых - был сделан аналогичный доклад в русской общине Аргентины (поэтому материал в сети на русском языке).
Алексей Владимирович Абутков (1874 - 1945) - композитор, музыковед, преподаватель. Ученик Римского-Корсакова; учился, а затем работал в Придворной певческой капелле и некоторое время её возглавлял.
В отечественных источниках информация о нём очень скудна.
В частности, на сайте одной школы Ульяновской области читаем:
Родился в с. Чеботаевка Буинского уезда ныне Сурского района в семье В.Н. Абуткова - действительного статского советника, землевладельца, члена Симбирской губернской архивной комиссии. Окончил придворную певческую капеллу в Петербурге. До 1920 преподавал в Симбирске, был регентом церковных хоров. В 1918 назначен председателем народной консерватории. Опубликовал в Петербурге пособие "Руководство к изучению контрапункта, канона и фуги" (1912-1913). Автор произведений для церковного хора и более 30 романсов на стихи русских поэтов.
Более того, Абутков значится среди репрессированных. Действительно, в Симбирске, куда он перебрался после революции и основал народную консерваторию, его арестовали. Считалось, что он погиб. Каким образом ему удалось спастись и перебраться за границу, пока не известно.
Дальнейшие следы обнаружились в аргентинской провинции Мендоса, где Абутков, будучи сторонником и другом Л.Н.Толстого,а также имея, помимо музыкального, агрономическое образование, пытался создать толстовскую общину. Сам построил дом, сам пахал землю.
Но больше всего его увлекала идея народного музыкального просвещения, и он создал в аргентинской глубинке очередную "консерваторию", где сам учил абсолютно всему: игре на разных струнных, духовых и клавишных инструментах, пению, теории, и т.д.
Картинки, которые я снимала с экрана - фрагменты небольшого аргентиского фильма про Абуткова. Некоторые из его учеников живы и здоровы, и вспоминают о нём с благодарностью и восхищением.
Помимо столь разностороннего преподавания, Абутков сочинял музыку. Ей, насколько можно судить по перечню Боскета, очень много - сотни опусов. Духовные хоры, романсы, камерные ансамбли. Может, и что-то более крупное есть.
А в наших архивах - практически ничего. То ли всё было уничтожено, то ли каталоги ущербны.
Сохранился, правда, учебник контрапункта, по которому преподавали в Певческой академии (отдельные экземпляры доныне всплывают у букинистов).
Руины дома Абуткова, где были обнаружены горы его рукописей.
К счастью, один из рабочих, посланных на демонтаж ветхой лачуги, обладал музыкальным образованием и спас ноты от уничтожения, отнеся их к Боскету как к местному "гуру".
Как хорошо, когда клад достаётся действительно достойному человеку!
В общем, раскопки следует вести и с той стороны (там с ними вполне благополучно - аргентинцы уже и концерт из произведений Абуткова устроили, и публикацию готовят), и с этой. Наверное, хоть что-то найдётся; не может не найтись.
Только горько от всех этих запоздалых открытий.
Вот остался бы такой человек у нас. Кому он мешал? И была бы уже в 1920-х годах консерватория в Симбирске (ну, и Ульяновске), и процветало бы там хоровое пение и оркестровое исполнительство - чем плохо?..
В результате умер он на краю света в полном одиночестве, и лишь в 1996 году родина спохватилась: как же так, надо реабилитировать... И реабилитировали. Извините, дескать, ошибочка вышла с арестом в 1919-м. Не пиф, не паф, не ой-ой-ой.
У другого героя дня, композитора и теоретика Николая Борисовича Обухова (1892-1954) судьба была похожая, но несколько более благополучная: чекисты не пытались его физически уничтожить, и бежал он в 1918 году от прелестей диктатуры пролетариата не в далёкую аргентинскую провинцию, а в Париж. Там он был всё время на виду и, хотя жил трудновато, у него были именитые и благородные друзья (среди них - Равель и Кусевицкий).
Обухов не принадлежит к числу забытых или совсем неизвестных фигур, но архив его - в Париже. Туда ездила наша пианистка и музыковед Нино Оттовна Баркалая, которая написала диссертацию про Обухова и будет её осенью защищать.
Нино Баркалая удалось разыскать в парижском киноархиве считавшийся утраченным небольшой фильм, запечатлевший исполнение фрагмента произведения Обухова "Книга жизни". Произведение написано для ансамбля с участием изобретённого самим Обуховым инструмента - звучащего креста.
Описание креста есть в Википедии:
Крест представляет собой расположенную на уровне человеческого роста стеклянную сферу с крестом внутри, в центре креста помещён алмаз. Звук возникает при приближении или удалении рук исполнителя, при этом изменяются громкость и высота звука (за несколько лет до Обухова этот же принцип получения музыкальных звуков был реализован Львом Терменом.
Насчёт алмаза - это фантастическая легенда; Нино считает, что там был горный хрусталь (алмазов таких размеров нужно ещё поискать в сокровищницах шейхов и олигархов, да и то вряд ли найдёшь).
Сам инструмент не сохранился, и только на кадрах фильма видно, как он выглядел и как на нём играли.
У креста - известная пианистка, баронесса Мария-Антуанетта Оссенак де Брольи, которая после знакомства с Обуховым прекратила пианистическую карьеру и стала выступать только с новым инструментом. Выглядит она как жрица мистического культа, и недаром (Обухов был теософом и связывал свои акустические поиски с религиозно-философскими идеями).
Как и терменвокс, крест - инструмент только мелодический, поэтому нуждается в сопровождении фортепиано или оркестра.
Нино Баркалая исполнила на рояле несколько пьес Обухова.
Честно говоря, мне эта музыка как-то не очень по вкусу. Но это сугубо мои проблемы.
Нельзя отрицать, что творчество этого композитора было интересным явлением, влиявшим на умы современников (прежде всего, на Западе - увы, у нас процветал соцреализм и марксистко-ленинская эстетика).
Такой вот "русский крест".
Два из них носили прямо-таки сенсационный характер, но из-за скудости публики и полного отсутствия "паблисити" сенсации остались между нами.
Я и решила, что надо бы поделиться, хотя, как говорят, "баян не мой".
Две причудливые судьбы двух исключительно талантливых людей.
Некоторое время назад в Консерваторию в оргкомитет конференции пришло письмо из Аргентины. Автор, музыковед Диего Боскет, рассказывал об обнаружении там в полуразрушенном сельском доме архива забытого русского композитора Алексея Абуткова, и выражал желание приехать в Москву вместе со своим хором, чтобы сделать доклад и что-нибудь спеть.
К сожалению, по временнЫм и финансово-административным причинам пригласить их было никак невозможно (идея будет "пробиваться" на следующий год). Но материал такой интересный, что не обнародовать его было бы грехом.
К делу подключилась моя хорошая приятельница Галина Михайловна Малинина (она музыковед, но работает в библиотеке), дабы не просто огласить информацию аргентинского коллеги, а и дополнить её сведениями с нашей стороны (поэтому доклад в программе значился как совместный - все ссылки на изыскания Боскета со всеми надлежащими реверансами были аккуратно приведены).
Я до этого вообще не слышала фамилии Абуткова. А ведь не последний был человек, и весьма достойный. Информация о нём уже проникла в узкие круги посвящённых - был сделан аналогичный доклад в русской общине Аргентины (поэтому материал в сети на русском языке).
Алексей Владимирович Абутков (1874 - 1945) - композитор, музыковед, преподаватель. Ученик Римского-Корсакова; учился, а затем работал в Придворной певческой капелле и некоторое время её возглавлял.
В отечественных источниках информация о нём очень скудна.
В частности, на сайте одной школы Ульяновской области читаем:
Родился в с. Чеботаевка Буинского уезда ныне Сурского района в семье В.Н. Абуткова - действительного статского советника, землевладельца, члена Симбирской губернской архивной комиссии. Окончил придворную певческую капеллу в Петербурге. До 1920 преподавал в Симбирске, был регентом церковных хоров. В 1918 назначен председателем народной консерватории. Опубликовал в Петербурге пособие "Руководство к изучению контрапункта, канона и фуги" (1912-1913). Автор произведений для церковного хора и более 30 романсов на стихи русских поэтов.
Более того, Абутков значится среди репрессированных. Действительно, в Симбирске, куда он перебрался после революции и основал народную консерваторию, его арестовали. Считалось, что он погиб. Каким образом ему удалось спастись и перебраться за границу, пока не известно.
Дальнейшие следы обнаружились в аргентинской провинции Мендоса, где Абутков, будучи сторонником и другом Л.Н.Толстого,а также имея, помимо музыкального, агрономическое образование, пытался создать толстовскую общину. Сам построил дом, сам пахал землю.
Но больше всего его увлекала идея народного музыкального просвещения, и он создал в аргентинской глубинке очередную "консерваторию", где сам учил абсолютно всему: игре на разных струнных, духовых и клавишных инструментах, пению, теории, и т.д.
Картинки, которые я снимала с экрана - фрагменты небольшого аргентиского фильма про Абуткова. Некоторые из его учеников живы и здоровы, и вспоминают о нём с благодарностью и восхищением.
Помимо столь разностороннего преподавания, Абутков сочинял музыку. Ей, насколько можно судить по перечню Боскета, очень много - сотни опусов. Духовные хоры, романсы, камерные ансамбли. Может, и что-то более крупное есть.
А в наших архивах - практически ничего. То ли всё было уничтожено, то ли каталоги ущербны.
Сохранился, правда, учебник контрапункта, по которому преподавали в Певческой академии (отдельные экземпляры доныне всплывают у букинистов).
Руины дома Абуткова, где были обнаружены горы его рукописей.
К счастью, один из рабочих, посланных на демонтаж ветхой лачуги, обладал музыкальным образованием и спас ноты от уничтожения, отнеся их к Боскету как к местному "гуру".
Как хорошо, когда клад достаётся действительно достойному человеку!
В общем, раскопки следует вести и с той стороны (там с ними вполне благополучно - аргентинцы уже и концерт из произведений Абуткова устроили, и публикацию готовят), и с этой. Наверное, хоть что-то найдётся; не может не найтись.
Только горько от всех этих запоздалых открытий.
Вот остался бы такой человек у нас. Кому он мешал? И была бы уже в 1920-х годах консерватория в Симбирске (ну, и Ульяновске), и процветало бы там хоровое пение и оркестровое исполнительство - чем плохо?..
В результате умер он на краю света в полном одиночестве, и лишь в 1996 году родина спохватилась: как же так, надо реабилитировать... И реабилитировали. Извините, дескать, ошибочка вышла с арестом в 1919-м. Не пиф, не паф, не ой-ой-ой.
У другого героя дня, композитора и теоретика Николая Борисовича Обухова (1892-1954) судьба была похожая, но несколько более благополучная: чекисты не пытались его физически уничтожить, и бежал он в 1918 году от прелестей диктатуры пролетариата не в далёкую аргентинскую провинцию, а в Париж. Там он был всё время на виду и, хотя жил трудновато, у него были именитые и благородные друзья (среди них - Равель и Кусевицкий).
Обухов не принадлежит к числу забытых или совсем неизвестных фигур, но архив его - в Париже. Туда ездила наша пианистка и музыковед Нино Оттовна Баркалая, которая написала диссертацию про Обухова и будет её осенью защищать.
Нино Баркалая удалось разыскать в парижском киноархиве считавшийся утраченным небольшой фильм, запечатлевший исполнение фрагмента произведения Обухова "Книга жизни". Произведение написано для ансамбля с участием изобретённого самим Обуховым инструмента - звучащего креста.
Описание креста есть в Википедии:
Крест представляет собой расположенную на уровне человеческого роста стеклянную сферу с крестом внутри, в центре креста помещён алмаз. Звук возникает при приближении или удалении рук исполнителя, при этом изменяются громкость и высота звука (за несколько лет до Обухова этот же принцип получения музыкальных звуков был реализован Львом Терменом.
Насчёт алмаза - это фантастическая легенда; Нино считает, что там был горный хрусталь (алмазов таких размеров нужно ещё поискать в сокровищницах шейхов и олигархов, да и то вряд ли найдёшь).
Сам инструмент не сохранился, и только на кадрах фильма видно, как он выглядел и как на нём играли.
У креста - известная пианистка, баронесса Мария-Антуанетта Оссенак де Брольи, которая после знакомства с Обуховым прекратила пианистическую карьеру и стала выступать только с новым инструментом. Выглядит она как жрица мистического культа, и недаром (Обухов был теософом и связывал свои акустические поиски с религиозно-философскими идеями).
Как и терменвокс, крест - инструмент только мелодический, поэтому нуждается в сопровождении фортепиано или оркестра.
Нино Баркалая исполнила на рояле несколько пьес Обухова.
Честно говоря, мне эта музыка как-то не очень по вкусу. Но это сугубо мои проблемы.
Нельзя отрицать, что творчество этого композитора было интересным явлением, влиявшим на умы современников (прежде всего, на Западе - увы, у нас процветал соцреализм и марксистко-ленинская эстетика).
Такой вот "русский крест".
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Про Обухова слышать приходилось, и музыку его тоже. Своеобразная личность, заслуживающая внимания, конечно, но, на мой взгляд, не более того. Не очень близок он мне. У того же Термена при экспериментах на первом плане была музыка, у Обухова ― нечто другое. И форма инструмента говорит сама за себя.
no subject
В "Погружении" можно выловить мистическую композицию Обухова "Третий завет", я скачала и послушала - нет, не прониклась. Смурно как-то.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
http://intoclassics.net - наберите в поиске "Обухов", нечто отыщется.
no subject
no subject