"Антигона" по-московски
Наконец-то удалось куда-то выбраться!
13 октября в Камерном зале Дома музыки давали в концертном исполнении несколько урезанную, но всё равно замечательную оперу Томмазо Траэтты "Антигона", поставленную в 1772 в Петербурге и с тех пор у нас не звучавшую.
Естественно, на лакомство сбежались все те, кто "страшно далек от народа" - музыканты, музыковеды и любители старинных раритетов. Раскланиваться приходилось чуть ли не с каждым вторым в зале. И это приятно.
13 октября в Камерном зале Дома музыки давали в концертном исполнении несколько урезанную, но всё равно замечательную оперу Томмазо Траэтты "Антигона", поставленную в 1772 в Петербурге и с тех пор у нас не звучавшую.
Естественно, на лакомство сбежались все те, кто "страшно далек от народа" - музыканты, музыковеды и любители старинных раритетов. Раскланиваться приходилось чуть ли не с каждым вторым в зале. И это приятно.
Играл прекрасный оркестр Pratum integrum (что в переводе значит "Некошеный луг", или, как острят циники, "Конь не валялся"). Собственно, он во главе с дирижером Олегом Худяковым и держал пульс действа. Были, конечно, некоторые мелкие накладки, но живому исполнению многое можно простить; финальная чакона произвела прямо-таки сильное впечатление (почти как глюковская "пляска фурий" - Траэтта её, вероятно, знал по глюковскому балету "Дон Жуан" 1761 года). Совершенно потрясли кларнеты и фаготы в сцене смерти Антигоны - они вступили как-то внезапно и с замогильной мрачностью (чуть ли не поздним Чайковским повеяло).
Певцы порадовали несколько меньше. Со своей ролью очень хорошо справилась Яна Иванилова (Антигона), хотя она все-таки скорее камерная певица, чем блистательная примадонна - лирические моменты ей давались лучше, хотя и колоратуры вроде бы были на месте (но без куража). Вполне органичен был Валерий Серкин в роли Креонта, особенно в последней арии, где он раскаивался в своей жестокости. Но гневная ария из 2 действия, обращенная к сыну (там есть слова - "Я сейчас не отец тебе, а судья твой и царь!") прозвучала слабовато, опять же - без должного brio. Исмена (Светлана Маркина) пела прилично, но не более того. А вот Гемон (Григорий Консон) жутко портил всю картину. Неужели в стольном граде не нашлось другого контртенора? Отвратительно некрасивый голос, крикливый на верхних нотах, сиплый в среднем регистре и глухой в нижнем, плохая дикция, нетвердость интонации, манерность... По сравнению с ним скрипач Синьковский, который в 1 действии по совместительству исполнял тенором реплики наперсника Адраста, выглядел куда стильнее и цивилизованнее, хотя само это совмещение функций немного напоминало студенческую самодеятельность.
С одной стороны, жаль, что оперу урезали - выпустили часть арий и ансамблей (не говоря о речитативах) и убрали lieto fine, где Креонт в последний момент спасает Антигону с Гемоном. А с другой стороны, такого Гемона лучше бы и не спасать... Но девушку-то жалко! И какой же 18 век без торжества добродетели? Не политкорректно это. До моды на оперы с летальными исходами оставалось ещё лет 15 - они стали появляться в Италии в конце 1780-х.
А все-таки в целом впечатление скорее отрадное. Чудесная музыка, живые исполнители, понимающая публика - чего ещё надо для дождливого московского вечера?
Певцы порадовали несколько меньше. Со своей ролью очень хорошо справилась Яна Иванилова (Антигона), хотя она все-таки скорее камерная певица, чем блистательная примадонна - лирические моменты ей давались лучше, хотя и колоратуры вроде бы были на месте (но без куража). Вполне органичен был Валерий Серкин в роли Креонта, особенно в последней арии, где он раскаивался в своей жестокости. Но гневная ария из 2 действия, обращенная к сыну (там есть слова - "Я сейчас не отец тебе, а судья твой и царь!") прозвучала слабовато, опять же - без должного brio. Исмена (Светлана Маркина) пела прилично, но не более того. А вот Гемон (Григорий Консон) жутко портил всю картину. Неужели в стольном граде не нашлось другого контртенора? Отвратительно некрасивый голос, крикливый на верхних нотах, сиплый в среднем регистре и глухой в нижнем, плохая дикция, нетвердость интонации, манерность... По сравнению с ним скрипач Синьковский, который в 1 действии по совместительству исполнял тенором реплики наперсника Адраста, выглядел куда стильнее и цивилизованнее, хотя само это совмещение функций немного напоминало студенческую самодеятельность.
С одной стороны, жаль, что оперу урезали - выпустили часть арий и ансамблей (не говоря о речитативах) и убрали lieto fine, где Креонт в последний момент спасает Антигону с Гемоном. А с другой стороны, такого Гемона лучше бы и не спасать... Но девушку-то жалко! И какой же 18 век без торжества добродетели? Не политкорректно это. До моды на оперы с летальными исходами оставалось ещё лет 15 - они стали появляться в Италии в конце 1780-х.
А все-таки в целом впечатление скорее отрадное. Чудесная музыка, живые исполнители, понимающая публика - чего ещё надо для дождливого московского вечера?
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Кстати, он тоже скрипач - исходно и параллельно - как следовало из программки. И еще - большой теоретик:-)))
no subject
no subject
А раздутые курсовые работы как диссертации диссертации защищать - это (увы!) принято не только у музыковедов...